Выходные проходят в суматохе. Оля много работает с бумагами в кабинете, почти не попадается мне на глаза. Наверное, поняла, что стажировка у губернатора — это не развлечение, так что засела за учебники с удвоенной силой.
Алиса вся в ремонте, я приставил к ней охрану, чтобы не переживать ииз-за мелких пакостников, типа Тильгенова.
Кабанский весь в делах — закрывает разломы, злит «Косатку» первым местом и лопает сладости каждую свободную минуту.
В целом дела идут отлично. Мы усилили охрану, сдледим за нашими партнёрами, слушаем, что говорят. Пока враги ждут. Уверен, как только станет известно о битве с монстром, они активизируются. Ведь это идеальный момент для нападения.
Мы будем ослабленными, уставшими, возможно, ранеными. Лучше не придумаешь. Так что надо подстраховаться.
Автомобиль подъезжает к поместью ближе к полудню.
Стою на крыльце, жду. Рядом — Котов. Мы оба напряжены — от этого человека зависит успех всей операции.
Дверца открывается.
И я… моргаю.
Человек, который выходит из машины, едва достаёт мне до груди. Низкий — почти карлик по меркам обычных людей. Но при этом невероятно широкий, коренастый. Квадратные плечи, короткие мощные руки, шея — толще моего бедра. Лицо обветренное, изборождённое морщинами, глаза — серые, как гранит.
Он смотрит на нас снизу вверх, но почему-то кажется, что это мы — маленькие.
— Владимир Глинин, — представляется он. Голос низкий, гулкий, будто из-под земли. — Маг земли третьего ранга. Прибыл по приказу канцелярии.
— Граф Скорпионов, — отвечаю я. — Благодарю, что так быстро.
Глинин кивает. Коротко, по-деловому.
— Приказ Императора. Показывайте место.
Никаких любезностей, никаких расшаркиваний. Мне это нравится.
— Едем, — говорю я.
Садимся в мою машину, трогаемся. По дороге объясняю ситуацию — морской монстр, глубина, контроль над живыми существами. Глинин слушает молча, изредка кивает.
— Размер твари? — спрашивает он.
— Точно не знаем. Разлом — метров пятьдесят в ширину. Свечение занимает большую часть.
— Большая дрянь.
— Очень.
Приезжаем на берег. Владимир выходит из кареты, оглядывается.
Море спокойное. Волны мягко лижут песок. Солнце светит, чайки кричат. Идиллия.
Если не знать, что скрывается в глубине.
Глинин подходит к воде. Приседает, касается камней ладонью. Закрывает глаза.
Минута. Две. Три.
Котов переминается с ноги на ногу. Я жду.
Глинин открывает глаза.
— Здесь возможно, — говорит он. — Порода подходящая. Точечный толчок, радиус — сто метров. Направленный вниз и в сторону моря. Разрушений в городе не будет.