— Почему спрашиваешь? — говорит Сева наконец.
— Потому что хочу на ней жениться.
Он улыбается. Искренне, тепло.
— Я рад. Вы заслужили счастье.
— И ты не против?
— Против чего? — он хмыкает. — Что ты любишь женщину, которая любит тебя? Которая смотрит на тебя так, будто ты — центр вселенной? То, что у меня не было к ней чувств, не значит, что я слепец. Тех редких моментов, когда я появлялся в реальном мире хватило, чтобы понять, что между вами творится.
— Но… я занял твоё тело…
— Ты спас моё тело, — поправляет он. — И дал мне шанс ещё пожить. Пусть так, но — пожить. Увидеть мир. Почувствовать силу. Я благодарен тебе и совсем не злюсь. Скорее завидую.
Смотрю на него. На этого мальчишку, который должен был умереть, но держится. Из последних сил, но держится.
— Чему завидовать? Ты, наверное, должен был жениться на какой-нибудь графине, — смеюсь, представляя светскую даму в шляпке с пером.
— Да, и скорее всего этот брак был бы по расчёту. А тебе хватает смелости пойти против устоев и взять в жёны служанку.
— Она учится на юриста, — пожимаю плечами. — И я сделал её Прискорпионовой. И ещё, — говорю я тихо. — Хочу рассказать ей правду. Обо мне. Обо всём.
Сева поднимает бровь.
— Обо всём?
— Да. Кто я. Откуда. Что случилось, — делаю паузу. — Она должна знать, кого любит.
— Думаешь, поймёт?
— Не знаю. Но молчать больше не могу. Она заслуживает правду.
Сева молчит. Думает.
— Она сильная, — говорит он наконец. — Сильнее, чем кажется. Если кто-то и может принять такое — это она.
— Надеюсь.
— Когда расскажешь?
— После битвы. С монстром.
Сева кивает.
— Вернёшься — расскажешь. И женишься.
— Вернусь — женюсь, — соглашаюсь я.
Он улыбается. Потом начинает таять.
— Удачи тебе, — говорит его голос из ниоткуда. — И… спасибо.
Исчезает.
Остаюсь один. Смотрю на чужое небо Изнанки.
Решение принято.