— Что-то случилось, господин? — удивляется он, когда я вхожу к нему в комнату.
— Пусть Толик следит за Олей. Но не афишируя. Возит её, ждёт, привозит обратно, как и раньше. Но теперь пусть смотрит в оба.
— За кем-то конкретным надо присмотреть?
— За всеми. Если что-то странное — сразу ко мне.
Олег кивает.
— Сделаю, господин.
Охранять её тайно. Не говорить ей. Она будет злиться, если узнает. Но лучше злая и живая, чем…
Гоню эту мысль прочь. Но мне не даёт покоя поведение губернатора. Внешне он ни с кем из уже известных мне недругов не связан, но это не значит, что он не враг.
Ночь. Кабинет. Свечи горят.
Сижу за столом, перебираю бумаги. Но мысли — далеко.
Слишком много фронтов. Слишком много проблем.
Жало. Фёдор нашёл способ частичной починки — хорошо. Но для полной нужен металл с Изнанки. Где его искать?
Монстр. Письмо отправлено в канцелярию Императора. Ждём ответа. Сколько ждать — неизвестно. Неделю? Месяц? А монстр тем временем растёт…
Сипин. Скорпионы доставлены, шутка удалась. Но он не простит. Ударит в ответ. Когда? Как? Нужно быть готовым.
Султан. Что планирует? Нападение? Похищение? Шантаж?
Оля. Стажируется у губернатора. Который лично её выбрал. Почему? Что ему нужно?
Хамелеон. Борис в психушке, но надолго ли? Если Хамелеон найдёт способ его освободить…
Война с муравьями. Пока — затишье. Обе стороны зализывают раны. Но это временно. Скоро — новые бои.
Кондитерская. Ремонтируется. Алиса следит за работами — и это, пожалуй, единственная хорошая новость.
Тренировки. Идут, люди крепнут, Мастифин доволен прогрессом.
Открываю ящик стола. Достаю кольцо Сольпугиных.
Смотрю на него. Собранное, но не пробуждённое. Янтарь с окаменелым тельцем внутри. Мёртвый артефакт, который должен быть живым.
— Скоро, — шепчу я.
Прячу кольцо обратно. Встаю, подхожу к окну. Ночь. Звёзды. Тишина.
Буря приближается. Чувствую её — всем телом, всей душой.
Но я готов.
Утро начинается с подготовки к разведке. Мы многое выяснили, теперь последние штрихи.
Даниил и Пелагея стоят на берегу, проверяя снаряжение. Маски для подводного дыхания, ножи, фляги с зельем ночного зрения. Оба — сосредоточенные, молчаливые.
— Только разведка, — говорю я в третий раз. — Не геройствуйте. Посмотрели — и назад. У нас нет цели сражаться сейчас, мы просто должны быть готовы к приезду человека из столицы.
Пелагея кивает.