Я выругался про себя. Еще один этап. Еще один риск.
— Позвони ему, — надавил я, прижав ствол ПБ-1С к затылку капитана. — Скажи, что нужна срочная проверка систем. Что-то с радарами. Что без его кода ты не можешь провести диагностику.
— Он не поверит.
— Поверит, если ты будешь убедителен. Или мне самому сходить к нему? — я посмотрел на офицера. — Думаешь, я не справлюсь?
Он покачал головой.
— Нет. Я сделаю. Но вы должны понимать: если что-то пойдет не так…
— Все, — решительно перебил я. — Звони.
Офицер взял трубку внутренней связи, набрал номер. Говорил спокойно, даже лениво. На том конце что-то спросили, он ответил. Потом назвал цифры — видимо, свой код. Еще что-то. Положил трубку.
— Идет, — сказал он. — Через минуту будет здесь.
Я кивнул Савельеву. Тот напрягся, пистолет в руке смотрел в сторону двери.
Командир дивизиона оказался грузным мужчиной лет пятидесяти, с седыми висками, густой бородой и тяжелым взглядом. Савельев вжался в стену, пропуская его внутрь. Он вошел в фургон, не ожидая подвоха, и замер, увидев меня с пистолетом. Рука дернулась к кобуре, но Леха уже был рядом, быстро и ловко приставив ствол к его виску.
— Тихо, — отчетливо и тихо сказал я. — Ни звука. Мы не хотим причинять вам вред. Мы хотим, чтобы вы сделали одну вещь.
— Вы русские? — спросил он, не повышая голоса.
Да что же такое? Чуть что, сразу русские! Не зря они нас опасаются, понимают, что сами провоцируют, сами же и получат за это.
— Неважно, — ответил я. — Важно то, что в тридцати километрах отсюда — крепость террориста, который готовит удар по плотине в Советском Союзе. Если он это сделает, погибнут тысячи. Вы можете остановить это. Сейчас. Своими руками.
— Я не могу стрелять по своей земле без приказа.
— Плевать! — уверенно возразил я, затем чуть смягчился. — Я не прошу вас воевать против своей страны. Я прошу вас уничтожить врага, который прячется в ваших горах и плетет сети против соседа. Потом он придет и к вам. Вы это знаете. Вы не хуже меня понимаете, чем кончают те, кто кормит змею за пазухой.
Он молчал. Я видел, как он взвешивает. Офицерская честь. Страх. И что-то еще — может быть, смутное понимание. Потому что он кивнул.
— Код, — сказал он оператору.
Тот ввел цифры.
Савельев отстранил седого офицера в закуток, где отдыхал экипаж. Тот, что храпел, так и не проснулся.
Экран загорелся зеленым. Снаружи раздалась беготня, крики, шум. Вероятно, пусковые пришли в движение. К счастью, ракеты были наведены почти в ту же сторону, где сейчас прятался террорист. Манипуляций минимум.
Прошла минута. Кто-то решительно постучался в дверь.
— Позже! — рявкнул Савельев так, что с той стороны сразу раздались торопливые удаляющиеся шаги.
Командир повернулся ко мне. Весь бледный, лоб в поту.
— Цель наведена. Ракеты готовы. В пусковых установках их шесть. Предварительная подготовка проведена, но нужна окончательная, с докладом.
— Обойдемся без проверок! — осек его я. — Все готово?
— Да, готово.
— Тогда, пуск!
Он помедлил. Затем поднел палец, вздохнул и нажал кнопку.