— Мать вашу! Я больше не могу! Расширители прохода! А-ха-ха! Ана…
— Молчать, Петрович! — рявкнул я, понимая, что за шутки пойдут дальше. — Здесь ребёнок!
— Да она побольше тебя знает! Ребёнок! Ага! — Петрович смеялся и не мог сдерживаться. Остальные тоже покатывались со смеху. — Она вон… про запрещённое слово знает. Думаешь, не понимает, о чём я говорю? Она же маленькая, а не глухая и не тупая.
— Да, о чём ты вообще, толкуешь? — возмутился Кан с полным непониманием и искренностью. — Я вам тут план тройного проникновения излагаю, а вы…
Вот теперь Петрович окончательно не выдержал. Он грохнулся со стула и принялся колотить ладошкой по полу. Оля бросилась к нему и попыталась поднять, но сама смеялась и всё, что смогла, это крутить Петровича и елозить им по полу.
Я и сам, признаться, еле сдерживал смех, но старался не заржать.
— Ещё одна шутка на эту тему, и я вас всех… поставлю, блин, в угол!
Ругаться мне не хотелось, просто расставить точки над i.
— А я там стоять не смогу! — едва смог произнести Петрович, захлёбываясь смехом.
Всё, когда истерический смех нападает на группу, остановиться уже сложно.
— Будь немного толерантней! — давясь смехом, посоветовал Петрович.
Чёрт! Таким он мне нравился больше, чем угрюмым и потерянным. К чёрту, пусть всё проржутся. Станет лучше.
— У меня здесь безногий калека, афро-африканец и женщина… без мозгов! Не говорите мне о толерантности! — я напустил на себя строгий вид и старался говорить серьёзно.
Но кто бы смог это сделать? В итоге — опять раскаты смеха.
— Всё, теперь точно всё! — выдохнул Петрович, держась за живот. — Помогите мне подняться. Надоело притворять черепахой.
Его подняли и усадили на стул.
— Отлично! Наконец-то закончили. Я даже не представляю, что подумали эти ребята, которые находятся снаружи. Наверное, приняли нас за придурков.
Я говорил несерьёзно, но смех как-то сам собой стих. Вот и хорошо. Пришло время принимать трезвые решения.
— Значит, идём воевать с комбучей.
— Да! — хором поддержали меня товарищи.
Я действительно не представлял, как отреагировали на наш сумасшедший смех строители коммуны, но им ведь главное, чтобы тварь уничтожили. Значит, пусть терпят.
— Пошёл, сообщу о нашем решении Майку.
Я вышел из палатки и едва не столкнулся нос к носу с доктором. Взгляд и выражение его лица было очень серьёзным.
Глава 10
По грибы
Я остановился, посмотрел на Майка, он на меня.
— Что-то случилось?
Майк кивнул. Выражение его лица было чуть виноватое, словно он боялся, что я стану его в чем-то упрекать.
— Пятеро наших ушли в районе обеда пробежаться по комплексу. До сих пор не вернулись. Мне только что доложили.
— Гриб?
— Не известно. Обычно эта тварь нападала на одиночек. Максимум двоих. Тут пятеро. Возможно, там завелся кто-то посерьезней. А может…