Он сжал их и раздавил. Поглотил их сущность и ту энергию, что была внутри.
Вспышка грязного, болезненного света озарила вечную тьму тюрьмы.
Энергия распада, полученная от жертвоприношения, сконцентрировалась в одной точке перед Богом. Азатот направил её не на разрушение стен тюрьмы — это было бы слишком долго и трудоемко. Он направил её на пробой. На создание кротовой норы.
Он знал координаты. След, оставленный тем дерзким смертным, все еще тлел в эфире, как маяк, указывая путь к цели, к пути высвобождения его гнева.
Пространство затрещало. Реальность застонала, сопротивляясь насилию. Ткань мироздания начала рваться, не в силах выдержать давление абсолютного Хаоса, направленного в одну точку.
Трещина появилась. Тонкая, черная линия на фоне звездной пустоты. Она начала расширяться, истекая фиолетовым гноем и энергией разложения.
Азатот давил. Он вливал в разрыв свою силу, свою ненависть, свою безумную волю.
Разрыв расширился, превращаясь в гигантский портал. Око бури, смотрящее в другой мир. В мир людей, туда, где обитал тот, кто посмел бросить ему вызов.
Слепой Безумный Бог увидел его.
Далекий, маленький мирок. Хрупкий, как стеклянная игрушка. Полный жизни, света и порядка. Отвратительный в своей упорядоченности.
Азатот предвкушал. Он представлял, как его сущность выльется в этот мир, затопит его безумием, исказит формы, превратит все живое в гротескное подобие себя. Он слышал будущие крики и чувствовал вкус страха миллиардов душ.
Чудовищный бог двинулся вперед. Его колоссальное тело, масса плоти и энергии, начала протискиваться в портал, скрежеща о края реальности.
Орда его порождений, те, кого он не сожрал, устремились следом. Авангард кошмара, предвестники конца времен.
Азатот ожидал увидеть панику. Хаос и разрушение. Он ожидал застать мир врасплох.
Портал открылся полностью. Гигантская воронка в небе над столицей смертных, Доминусом. Тьма, закрывшая солнце, окрасила облака в цвет гнилого мяса.
Бог посмотрел вниз, своим единственным, всевидящим оком, открывшимся в центре бурлящей массы.
И замер.
Там, внизу, на плоской крыше самого высокого здания, стояла одинокая фигура.
Не армия магов, как встречали его другие миры. Не боги-защитники в сияющих доспехах.
Вместо всего, что лишь подчеркивало его самовлюбленную натуру, там был лишь один человек.
Он стоял, скрестив руки на груди, его плащ развевался на ветру, который принес с собой запах иного, мертвого мира. Рядом с ним сидел огромный трехголовый пес, спокойно и деловито чешущий лапой за ухом, словно происходящее его совершенно не касалось.
Человек смотрел вверх. Прямо в глаз Бога.
Глава 4
Погребальный звон по мухам
Я стоял посреди выжженной каменистой равнины моего личного Домена, подбрасывая в руке идеально отполированный шар из чёрного гранита. Эта игрушка весила около полусотни килограммов, но моя нынешняя физиология воспринимала такой вес на уровне теннисного мячика.
Напротив, на почтительном расстоянии в сотню метров, припав к земле, замер Тень. В своей истинной боевой форме пёс занимал внушительную часть пейзажа, возвышаясь над камнями, подобно ожившему кошмару древних мифов. Три головы с оскаленными пастями, горящие янтарные глаза, бугры мышц, перекатывающиеся под иссиня-чёрной шерстью, всё это создавало образ идеальной машины для убийства. Из его спины вырывались призрачные цепи, слегка подрагивая в нетерпении.
— Готов, блохастый? — крикнул я, чуть согнув колени для замаха.
Средняя голова гавкнула, и этот звук, многократно усиленный эхом скал, походил в какой-то мере на выстрел корабельной гаубицы.
Я размахнулся и швырнул гранитный шар. В бросок я вложил лишь малую толику своей силы, но снаряд всё равно преодолел звуковой барьер с характерным резким хлопком, оставляя за собой дымный след от трения о воздух. Шар устремился к горизонту по низкой траектории, грозя снести верхушки холмов на своём пути.
Тень сорвался с места.
Его движение отрицало привычную физику. Пространство вокруг пса исказилось, свернулось в спиральную воронку, и огромная туша просто исчезла, растворившись в воздухе. В следующий миг пространство в километре от меня взорвалось фиолетовой вспышкой телепортации.