Пленница Его величества: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Подготовьте выезд, — сказал он, всё ещё не сводя с меня взгляда. — И проследите… чтобы вернулась та, что вошла.

Я вышла из кабинета Императора, ощущая его взгляд на себе даже сквозь закрытую дверь. Воздух казался плотным, как будто между нами осталась не только не сказанная фраза — но и не сделанное действие. Я чувствовала, как его решение — жёсткое, окончательное — продолжает давить на грудь. Но в этом давлении была и защита. Я не знала, от чего именно он пытается меня оградить. Но знала — он неравнодушен.

Карета была роскошной, но без опознавательных знаков. Мягкая обивка из синего бархата, особые магические стекла, которые не позволяли увидеть, что находилось за ними. Ни герба, ни эмблемы — только сопровождающая стража давала понять, что внутри — кто-то важный.

Я сидела молча, глядя в окно. Мне было хорошо видно толпившихся зевак, пытавшихся разглядеть, кто ехал в карете. А вот у них меня высмотреть не получилось. Кто это? Кого везут?

Откинувшись на спинку, я прикрыла глаза вслушиваясь в разговор стражи за пределами кареты.

— Странно всё это, — пробормотал один из стражников. — Чтобы из гарема — и в аукционный дом?

— И в такой карете, — хмыкнул второй. — Как будто не наложницу везём, а надзирателя.

— А мне кажется… я её где-то уже видел, — задумчиво сказал первый.

Я зацепилась за эту фразу. Где он мог меня видеть? До аукциона? Уже после? Или… он видел не меня, а ту, в чьём теле я теперь жила? Мысли закрутились, но стражники уже обсуждали вчерашнюю попойку в пабе, не подозревая, что обронили нечто важное.

Карета неслась по дороге, приближая меня к аукционному дому. Я до сих пор помнила духоту зала, запахи, взгляды, то, как испуганно дрожала служанка, посланная меня убить. Он использовал её. Как Далилу и Алайю. И, как я теперь понимала, пытался использовать и меня — или скорее ту, что жила в этом теле до меня.

Мне нужны были ответы. Я ехала туда, чтобы восстановить контроль. Вернуть себе ощущение реальности. Потому что пока я не пойму, где всё началось — не смогу понять, как это остановить.

Я должна увидеть всё заново, но уже другими глазами. Внимательнее. Холоднее. Понять, что именно я тогда упустила. Потому что именно там началось то, что теперь тянется за мной как след. А значит, и ответы могли быть именно там.

Когда карета остановилась, я взглянула на непримечательнее снаружи здание. Управляющий уже стоял у дверей, встречая гостей с той самой вежливой, выученной улыбкой, которая ничего не говорила. Но когда он увидел, кто выходит из кареты — женщина в закрытой тёмной одежде и с ошейником на шее, — на его лице что-то дрогнуло. Смешался. И сразу опустил глаза. Стало ясно: он узнал меня и не ожидал увидеть.

— Госпожа, — проговорил он, низко кланяясь. Голос всё ещё был гладким, выученным, но в нём появилась трещина. — Простите, не ожидал… визита. Чем могу служить?

Я не ответила сразу — просто смотрела на него, давая почувствовать, как изменился порядок. Здесь меня продали. А я вернулась — живая, под охраной и с властью узнавать все, что захочу.

— Думаю, у вас найдётся время, чтобы ответить на несколько моих вопросов, — сказала я спокойно. — Позовите всех, кто работал в тот день. Я хочу видеть их.

На лице управляющего промелькнула тревога.

— Разумеется, госпожа, — пробормотал он, чуть отступая назад. — Но… можно узнать цель визита? Чтобы я мог лучше подготовить людей.

Я сделала шаг вперёд.

— В ту ночь кто-то хотел меня убить, — сказала я негромко. — Ты ведь знал, да?

Он побледнел. Глаза метнулись к стражам, будто он пытался понять, насколько серьёзно всё зашло.

— Я… я лишь распоряжался приёмом гостей. Я ничего не знал.

— Тогда у тебя не будет проблем с тем, чтобы помочь мне разобраться, — отрезала я. — Веди.

Наблюдательная комната находилась на втором уровне, скрытая за тонированным стеклом, откуда открывался вид на главный зал. Когда-то оттуда наблюдали за лотами, чтобы оценивать реакцию покупателей. Теперь — я смотрела вниз, на собравшихся слуг.

Они входили по одному, шептались, оглядывались, старались не шуметь. Кто-то опускал глаза, кто-то, наоборот, слишком демонстративно оглядывал помещение. Я фиксировала каждое движение, каждую реакцию.

Раньше я бы сочувствовала. Искала бы объяснение, а не виноватого. Теперь — я искала уязвимость. И только.

Чем больше времени проходило, тем отчётливее я ощущала: её нет.

Та горничная. Та, что должна была меня убить. Та, чьё лицо вспоминалось в мельчайших деталях. Она не пришла.

Я напряглась. Сердце забилось быстрее, и мысли захлестнули одна за другой: уволили? Умерла? Или её убрали?

Я резко повернулась к управляющему, стоявшему у дверей, будто пытаясь казаться незаметным.