Тренировочная площадка после ухода Вари…
— Кто он, Данэй? — голос Мираля прозвучал странно и тоскливо. На дроу принц по-прежнему не смотрел. Ветер трепал его длинные золотые волосы, щекотал кожу, заставлял щуриться и прохладой охлаждал взбудораженный разум.
— Никто, Ваше Высочество, — ответил дроу бесстрастно. — Вам не стоит думать о нём…
Мираль не ответил. Данэй встал рядом с ним и тоже посмотрел вдаль.
— Всё наладится, мой принц… — произнес темный неожиданно мягко и участливо. — Всё вернётся на круги своя. Все эти эмоции и даже появление метки истинной — дело преходящее. Если ваша пара не отыщется, то через несколько месяцев чувства утихнут. Небо пошлет вам иной знак со временем…
— Разве истинность проходит? — удивился Мираль, наконец-то посмотрев на своего наставника. — Я думал, что это навсегда…
— Нет, — ответил Данэй. — Всё в этом мире временно, и влечение к женщине тоже. Дам вам совет: не ищите её. Она явно не того круга, который вам подходит. Просто вернитесь во дворец и займитесь своими обычными делами, а если влечение станет нестерпимым, я помогу вам пережить его. Могу заблокировать на некоторое время все ваши чувства…
— А если я… не хочу этого? — вдруг спросил принц, внимательно разглядывая брюнета. — А если… мне нравится испытывать эти чувства? Я думаю, что потянулся к этому мальчишке только потому, что у него такой же цвет глаз, как и у той танцовщицы. Это она — моя истинная. И я всё равно хочу её найти…
— Зачем вам это? — Данэй наконец-то повернулся к своему подопечному. — Это не принесет вам счастья…
— А ты так сильно заботишься о моем счастье, Данэй? — ухмыльнулся Мираль. — Неужели привязался?
Но дроу не улыбнулся в ответ, а очень серьезно произнес:
— Я поклялся вашей матери, что буду служить вам вечно!
— Так это только ради клятвы? — протянул Мираль, и в голосе его прозвучало разочарование.
— Не только… — ответил темный. — Вы… дороги мне. Я верен лично вам, потому что сам этого хочу!
Подобное признание привело Мираля в трепетное недоумение. В глазах его появилось довольство, в уголках губ промелькнула улыбка.
— Почему, Данэй? Из-за того, что я принц?
Дроу прекрасно видел, что кроется за этим вопросом. Желание услышать, что мальчишка-принц дорог и важен сам по себе, что в их отношениях главным является далеко не статус, а нечто большее — душа эльва и его суть.
— Вы такое дитя, Ваше Высочество… — проговорил Данэй с мягкой улыбкой. — Вам повторить ту считалочку, которую я пел для вас в детстве?
Мираль скривился.
— С ума сошел? Я не ребенок!
— Для меня ребенок. Ваши годы в моих глазах просто песчинка…
— Правда? — удивился принц. — Ты никогда не говорил о своем возрасте. Сколько тебе?
— Много… — ответил Данэй загадочно. — Достаточно много, чтобы считать, что всё ваше королевство заполнено сущими детьми…
Лицо Мираля вытянулось.
— Ты шутишь! Это невозможно…
— Всё возможно, Ваше Высочество… — улыбнулся Данэй. — А теперь возвращайтесь в Основной Дворец. Забудьте обо всём, что вас тревожит, послушайтесь моего совета. И пара ваша… вам не нужна. Вот увидите, пройдет немного времени, и вы снова будете свободны…
Но Мираль заупрямился.
— Может ты и стар, как это мир, Данэй, — проговорил он серьезно, — но не думаю, что ты знаток дел сердечных. Высшие силы не просто так раздают метки парности. Даже если они облагодетельствовали парностью обычную простую эльву, я найду её! Значит, она действительно особенная и достойна меня. Я возьму в жену ЛЮБУЮ, на кого указали небеса!
— Так уж любую? — скептически выгнул бровь дроу, тщательно пряча свою досаду во взгляде. — А если она уродлива, больна или… чего похуже?
— В моих глазах она будет всегда прекрасна! — пафосно произнес принц. — От болезни ее вылечат лучшие доктора, а похуже… Разве может быть что-то хуже перечисленного?