Младший брат с раздражением и грустью взглянул на старшего.
— И ты веришь, что это могло дать хоть какой-то результат? То, что моя супруга прекрасно воспитана и сдержанна так, как никакая другая женщина, не меняет того, что я уродлив.
— Вот! Ты сам признаёшь её воспитание, сдержанность, другие достоинства. Мог бы почаще ей об этом говорить. Но, насколько знаю, ты не тратил на это время.
— Я признаю, виноват.
Король качнул головой.
— Если мы вернём её, постарайся лучше. Эта иномирянка определённо будет полезна семье. Мне понравилось то, что о ней сообщили, даже её увлечения милы и вполне подобают даме королевского рода. Кулинария, выращивание растений, интерес к обрядам простолюдинов — как любопытно… Достойная девушка, достойный член правящей семьи. И да — Кристальный принц согласился поговорить с тобой о твоей супруге и, возможно, подсказать что-то. Речь о том, что если твою жену перевезли через океан, Высокогорье и Равнина готовы помочь в её поисках.
— Значит, он всё-таки согласился?
— Я же говорю — он намерен обсудить всё именно с тобой как с супругом Лары. Так у них принято. Поэтому сейчас — на инструктаж к Ульриху и дипломатам, а потом у тебя закрытая встреча с послом. И прошу — будь внимателен к тому, что говоришь.
— Я помню, — огрызнулся Эйтал.
Но мысленно согласился, что предупреждение брата разумное. Если Иоиль хорош в дипломатии, он может выдавить из неопытного в политике члена императорской семьи какие-нибудь обещания. Старший брат сумеет от них уйти, но чего это будет стоит! Представители правящего Дома обязаны не создавать проблем роду, это принц с детства усвоил очень хорошо.
Иоиль был поистине безупречен. В каждом его движении, каждом сокращении мышц, каждом взгляде ощущалась порода, воспитание, абсолютное владение собой, своими чувствами, мыслями, действиями. Ему не стоило большого труда вынудить собеседника опасаться разговора с ним, но спустя несколько фраз он дал понять, что приглашает к спокойной, свободной беседе. И это стало подлинным облегчением. Потому что принц даже не погнушался помочь собеседнику подсказкой:
— Новости до наших краёв добираются с большим запозданием, — сказал Кристальный. — Моя супруга очень обеспокоилась новостью, что в вашем государстве появилась девушка-иномирянка из немагического мира, как и она сама.
— Всё верно. Моя супруга — из другого мира, лишённого магии.
— Но она не лишена дара сама?
— Верно. — Эйтал задумчиво смотрел на собеседника, гадая, что тот пытается вызнать. — Однако она его не проявляет. Лишь, скажем так, поддерживает меня.
— Вы уверены в своём решении? — Принц поднял брови. — Отсутствие обучения может плохо сказаться на иномирянке, которая обладает способностями, но никак не пытается ими овладеть и их совершенствовать.
— Я не знаю. Как только её удастся вернуть, мы сможем обратиться к чародеям-преподавателям. Но раньше просто не приходило в голову, да и жена не поднимала вопрос.
Иоиль кивнул.
— Да, ваш брат сообщил о беде, случившейся в правящем семействе. У вас же были предположения, кто может быть причастен? И никаких зацепок?.. Странно. Я согласен с его величеством, что похищение принцессы — лишь симптом серьёзного заговора.
«Он выкрутился, — подумал Эйтал. И даже восхитился правящим братом. — Сделал всё, чтоб речь шла не о персональной проблеме его брата, а о какой-то абстрактной проблеме династии в целом. Это выглядит куда солиднее, чем на самом деле, стоит отдать ему должное. Даже не стыдно в таком признаться по закрытым каналам».
— Да, понимаю.
— Странно лишь то, что заговор, будучи переведён в статус действующего, так себя и не обозначил. Следует отдать должное заговорщикам. — Принц-дракон обеспокоенно качнул головой. — Искусность и продуманность задумки вызывает беспокойство.
— Вам бы хотелось поучаствовать в расследовании?
— Мы не вмешиваемся в дела соседних государств.
— И всё же?
— Признаю, поиски вашей супруги заинтересуют нас, особенно если наше государство или же наш ближайший сосед в этом косвенно виноват. Мы не позволим никому из наших граждан вести себя подобным образом в отношении женщины. — Иоиль посмотрел остро. — Но я хотел бы предупредить, если позволите. Если девушка отыщется на наших землях, ей будет задан вопрос, желает ли она вернуться к вам. И если она откажется, неволить её никто не станет. Это не соответствует нашим традициям и законам.
Эйтал содрогнулся.
— Но мне позволят с ней поговорить?
— Безусловно, ваше высочество.
— Я хотел бы быть уверен, что с ней всё хорошо. Это единственное, что меня по-настоящему беспокоит. — Он сдержал порывистый вздох. Нельзя было показать свою уязвимость. — Я боюсь за жену.