На пару дней принц задержался в замке. В какой-то момент Лара заметила, как он упражняется в магии со своими чародеями, и залюбовалась картиной, хоть ни черта в ней не поняла — какие-то вспышки, переливы воздуха, даже прозрачные волны, похожие на картинки из учебника физики за девятый класс. Лишь отметила, что взаимодействие её мужа с тремя оппонентами выглядит весьма насыщенно, и Эйтал, похоже, очень доволен итогом упражнений.
Кстати, заметив её на стене, он улыбнулся и любезно кивнул ей, а его маги-соперники почтительно поклонились, да и вообще-то поглядывали с любопытством, хоть и старались скрыть свой интерес. Она тогда предпочла убраться со стены, чтоб не мешать мужчинам.
Да и дел у неё хватало. Во-первых, она собиралась обучить помощниц поварихи приготовлению кетчупа (пока из зелёных помидоров, красных ведь не было), а также попытаться приготовить слоёное тесто. Пока с этим у неё не получалось, хотя к делу она уже приспособила валики для отжима белья — оказалось, что можно отрегулировать ширину промежутка между деревянными «скалками», да и сами они, отполированные длительным использованием, отлично пропитались маслом, и тесто к ним не прилипало.
Но пока результат оставлял желать лучшего. Нужно было пробовать дальше.
Ещё стоило навестить оранжерею и посмотреть, как там обстоят дела с её рассадой. И огород тоже. Она едва успела раздать работникам указания, как следует прореживать свёклу и укроп, как прищипывать пасынки у помидорных кустов, и тут прибежала кухонная работница с сообщением, что привезли свежие продукты. А госпожа велела сообщать. Ведь кухарка уже начала принимать привезённое.
Лара сорвалась с места. Ей и самой очень хотелось посмотреть, какие припасы и в каком виде привозят на господскую кухню. Это было и чистое любопытство, и желание подхлестнуть свою фантазию. Один в один как ситуация в магазине: хозяйка, прогуливаясь мимо прилавков в продуктовом магазине, разглядывая товар, уже мысленно складывает в уме возможное меню на вечер, на утро, и ещё то можно приготовить, а может, и это… Или побаловать семью вот таким лакомством… В этом и своеобразное удовольствие есть — для тех, кто любит готовить, конечно.
Сейчас же Лара рассматривала уже разделанные поросячьи тушки, четверть говяжьей туши, баранину, гусей, индюшек, охапку кур, двух почти разделанных оленей, несколько зайцев, кабана и целую груду боровой дичи всех видов, форм и расцветок, привезённых прямо с частью перьев. Также были корзины яиц, ягод, грибов, пучки каких-то трав, рыбины в лубяных коробах, бочонки с маслом, молоком и что-то ещё из молочных продуктов. Довольно много разнообразного молочного…
— А сметана? — поспешила она поинтересоваться, и её заверили, что всё будет, пусть госпожа не волнуется.
Кухарка уверенно распоряжалась помощниками: этому надлежало разделывать кур и прочую птицу, этому — крупную дичину, этому — рыбу, этим — говяду и поросят. Те растаскивали по местам бочонки, те разбирались с овощами и травами, а вот этим надлежало держаться рядом с госпожой и подавать ей всё, что госпоже понадобится для готовки.
Да, Лара была не прочь и посмотреть на прибыток, и самой что-нибудь приготовить, пока всё свежайшее. Она бодро настругала себе зелёного салата, а потом ещё попробовала привезённый щавель. Оценила по достоинству! Объяснить кухарке, что такое щавелевая похлёбка, удалось без особого труда. Та, конечно, морщилась, качала головой и уговаривала добавить ещё то или это, ну хоть чуть-чуть, для сытности. Но уступила пожеланиям хозяйки, и спустя часок той уже поднесли и желаемый супчик, и соус, и свежего хлеба со сливочным маслом… Ох, какое же оно тут вкусное!
Когда в трапезную при кухне спустился помощник управляющего, Лара и его угостила щавелевым супчиком и свежевыпеченной булочкой со свежим маслом. У них было что обсудить: девушка одобрила отличный набор продуктов, который привезли в замок, а молодой мужчина живо интересовался теми соусами, которые принцесса собирается готовить на месте, и идеей небольшой коптильни, которую предложила пристроить к вытяжной трубе. Ну в самом деле, зачем зря тратить дым, который и так уходит в небо, если можно использовать его для копчения колбас попроще. Помощник управляющего возражал, что дрова, используемые для печи, и те, что нужны для коптильни — штука сильно разная.
Но Лара упёрлась. Ни к чему изощряться, можно просто добавить в развилке для горячего дыма местечко, куда можно будет засыпать ароматную влажную щепу, какую угодно: хоть вишнёвую, хоть ольховую, хоть дубовую, хоть даже ясеневую. В зависимости от того, что собираемся коптить. И продумать, как увлажнять её по мере надобности. К чему лукавые мудрствования, если в большинстве своём замок населён отнюдь не гурманами, те же солдаты с охотой сожрут под пиво копчёную рыбку, попахивающую очагом, без малейшего возражения? И мясо, копчёное как попало, зачастую лучше, чем никакого или чем простая солонина.
— Мы ж не в таком сложном положении, госпожа, — очаровательно улыбнулся молодой помощник.
— Да, естественно! — Лара всплеснула руками. — Но я не думаю, что чистые дрова, идущие на приготовление пищи в основной печи, уж настолько плохи.
— Не плохи, конечно, госпожа.
— Так делайте.
— Но тогда придётся ломать трубу.
— Зачем её ломать? Аккуратно пробейте дыру и к ней пристройте. Пробуйте.
— Да, мадам. Будет сделано, госпожа. — Он опять улыбнулся самым очаровательным образом. — Неужели вам интересно заниматься этим лично?
— Обожаю копчёную рыбу, — буркнула Лара, растирая в пальцах образчик ольховой стружки, который ей принесли посмотреть. Приблизила к носу. — Да-а, так не определишь… Как только начнём коптить рыбку в заметных масштабах, можно будет освоить новые блюда. Да и будет куда её деть. Она ведь отлично ловится?
— Да, госпожа, в ближайших реках очень много рыбы. — Молодой человек потянулся было к девушке.
Но моментально отдёрнул руку, стоило прозвучал жёсткому:
— Ваше высочество, будьте добры уделить мне внимание.
Лара оглянулась — на неё смотрел нахмуренный Эйтал. Прихватив под локоть, он оттянул супругу в укромный уголок, где определённо никто не мог подслушать их беседу. Выглядел мужчина суровым и очень недовольным.
— Вы могли бы не проявлять столь откровенное расположение к молодой прислуге, сударыня? — проговорил он, сдерживая рвущийся из нутра гнев. По крайней мере, именно он полыхал в его взгляде, тут не ошибёшься. — Подобные знаки внимания — не особенно приличны, сударыня. Если вы понимаете, о чём я.
Она сузила глаза, стиснула зубы и поняла, что даже так, в решимости оставаться равновесной и понимающей, больше попросту не выдержит. То есть может, конечно. Всё она может, как любой психически здоровый человек. Но категорически не хочет. Не понимает, зачем оно нужно.
— Послушайте! — чувствуя, как внутри клокочет обуздываемое бешенство, ответила Лара. — Вы чего на меня насели? Какого чёрта вообще? Я просто общаюсь с людьми в замке. Что вы хотите? Чтоб я с ними через губу разговаривала? Плевала через слово? Да что вообще такое? Я просто хочу быть любезной, не более!
— Не слишком ли вы любезны?
— А что такое вообще «слишком любезна»? Я что — целуюсь с ним? Обнимаюсь? Нет!
— Ещё бы вы…