Жена Василия I Софья[345] правила княжеством по завещанию супруга, пока ее сын Василий II[346] не стал совершеннолетним (да и после, когда взрослый сын покидал столицу), и всю свою очень долгую жизнь серьезно влияла на управление государством. Она до конца расширяла московские владения; их с сыном неоднократно ссылали и возвращали обратно; он попал в плен к ордынцам, но мать смогла его выкупить за огромную сумму; его ослепили (и он получил прозвище Тёмный).
В 1451 г. (в 80 лет!) Софья успешно руководила обороной Москвы от татар, а когда они ушли, известила об этом сына (он в это время находился за Волгой).
Елена Глинская[347], мать Ивана IV Грозного, стала второй (после княгини Ольги) женщиной-регентом при малолетнем сыне. На троне Глинская провела последние пять лет своей жизни. Антропологи восстановили ее облик — она была очень привлекательна; оказалось, у нее были волосы цвета меди (их нашли в захоронении).
Именно Елена Глинская провела первую в истории России денежную реформу и ввела в государстве единую валюту. Это содействовало стабилизации экономики и бурному росту внутренней и внешней торговли. По велению Глинской в столице возвели самое передовое фортификационное сооружение, Китайгородскую стену с башнями и воротами — тот самый московский Китай-город (а для руководства работами наняли итальянцев).
Елена Глинская сделала очень много и во внешней политике, заключив на 60 лет перемирие со Швецией, на 5 лет — с Великим княжеством Литовским (Швеция обязалась не оказывать военной помощи Ливонскому ордену и Литве). Глинская принимала в Москве казанского хана Шигалея и его жену Фатьму-салтан, а позже встречалась с ней отдельно; заключила очень выгодный для России мир с королем Польши Сигизмундом I.
Кто знает, сколько бы она еще смогла сделать, если бы не неожиданная смерть в 30 лет. Современные ученые, изучив останки, высказали предположение, что Глинскую отравили ртутью. Но у этой версии есть оппоненты: ртуть в те времена входила в состав косметических средств и многих лекарств.
Потомок Мамая, Рюрикович
По мнению исследователя Золотой Орды В. В. Трепавлова[348], «происходя по отцу от Дмитрия Донского, Иван IV по материнской линии оказался прямым потомком Мамая — противника своего пращура на Куликовом поле»[349].
Откуда взялась такая странная версия? Мамай[350] — знаменитый ордынский военачальник, соперник Дмитрия Донского на Куликовом поле. Он не был Чингисидом, а значит, не мог быть законным ханом, но контролировал Золотую Орду через подставных правителей. После поражения от хана Тохтамыша[351] Мамай бежал в Крым, где и был убит. Его сыновья (по некоторым данным) перешли на службу к литовскому князю Витовту и получили земельные наделы. Но при чем тут Рюриковичи?
Все просто: Иван IV Васильевич Грозный — потомок Мамая через Глинских. Елена Глинская, мать Ивана Грозного, происходила из литовско-русского рода, который возводил себя к «князьям Мамаевым».
История княжеского рода изложена в Подлинном родослове Глинских князей, составленном в XVI в.: после разгрома в Донском побоище[352] сын Мамая Мансур-Кият перебрался в Литву к князю Витовту и получил за службу огромные владения по реке Ворскле, а сын Мансура Алекса (внук Мамая) положил начало роду, прозванному по городу Глинску, или Глиннице (ныне село в Сумской области).
Версию происхождения князей Глинских от Мамая подробно исследовал историк А. А. Шенников в работе «Княжество потомков Мамая (к проблемам запустения Юго-Восточной Руси в XIV–XV веках)[353]. Правдивость семейной легенды, по мнению историка, доказывается посланием хана Шейх-Ахмеда к живущим в Литве трем князьям Глинским в 1502 г., где автор называет их «Кият князья Мамаевы есте правыи дети»[354]. А. А. Шенников также ссылается на русскую летопись, которая называет Мамаем одного из рода Глинских — Ивана.
Подобное происхождение было достаточно престижным — множество аристократических родов на Руси являются потомками ордынцев. Впрочем, скептики полагают, что для повышения статуса Глинские могли мифологизировать свою историю. Как аргумент приводят факт, что она не попала в Государев родословец, а значит, уже в XVI в. к истории рода Глинских относились критически.
Поставить точку могло бы исследование ДНК Ивана IV, а без него однозначно утверждать, был или не был Иван IV Грозный потомком Мамая, нельзя. Зато частью фольклора остается красивый миф — символ переплетения русской и ордынской истории.
Ивана Грозного придумал Карамзин
Сегодняшним восприятием отечественной истории мы во многом обязаны историкам XIX в., особенно Н. М. Карамзину. Его «История государства Российского»[355] не была первой, но именно он приоткрыл в нее дверь широкой публике. Пушкин писал: «Все, даже светские женщины, бросились читать историю своего отечества, дотоле им неизвестную. Она была для них новым открытием. Древняя Россия, казалось, найдена Карамзиным, как Америка — Коломбом»[356].
Труд историка во многом сформировал общепринятую по сей день концепцию истории России, но одновременно породил и множество заблуждений, влияющих на восприятие отечественной истории. Важно помнить, что русские правители в описании талантливого писателя являются не только реальными историческими, но и литературными персонажами.
Именно Карамзин создал привычный нам образ Ивана Грозного[357], показав на его примере, каким не должен быть монарх. Царствование после смерти первой жены Анастасии, брак с которой продлился 13 лет, в описании Карамзина представляет собой бесконечную цепь злодейств против всех слоев русского общества. Сам царь — не человек, а подлинный монстр. В гостиных XIX в. о его правлении читали, наверное, как в наше время смотрят «Игру престолов»[358].
Том, посвященный эпохе Грозного, реально потряс публику: «В своем уединении прочел я девятый том русской истории… Ну, Грозный! Ну, Карамзин! Не знаю, чему больше удивляться, тиранству ли Иоанна или дарованию нашего Тацита»[359], — писал К. Ф. Рылеев[360].
По выражению критиков, Карамзин собрал все, что писали о Грозном злопыхатели, и опубликовал без экспертизы. И от возникшего образа царя история уже не смогла избавиться.
Между тем реальный Иван IV Васильевич был одним из самых ярких представителей династии Рюриковичей и успешных правителей. Современники обращали внимание на его ум: он «был мужем великого разума, в премудростях книжных искусен, весьма красноречив»[361], а также отмечали храбрость: «в бою смел», «крепокъ во бранехъ», «великъ в мужестве»[362]. Дипломат Марко Фоскарини в «Донесении о Московии» писал: «Очень умен и великодушен»[363].
Убил ли Грозный своего сына?
Из-за картины И. Е. Репина[364] «Иван Грозный и сын его Иван»[365] образ сумасшедшего тирана прочно закрепился в массовом сознании. Однако еще в XIX в. убийство царем собственного сына вовсе не было очевидным фактом. Сюжет полотна основан на сочинениях современника Грозного, итальянца Антонио Поссевино[366]. По его рассказу, царевич вступился за беременную жену, и Грозный в ярости ударил сына «остроконечным посохом» в висок — тот через несколько дней умер.
Обер-прокурор Святейшего синода К. П. Победоносцев[367] называл изображенное на картине Репина омерзительной фантастикой, и источник сюжета действительно весьма спорный. Поссевино явно испытывал к Ивану IV личную неприязнь, так как прибыл с миссией склонить русского царя к унии с католицизмом, но уехал не солоно хлебавши. Вернувшись на родину, он продолжил вынашивать идеи объединения Москвы с Речью Посполитой под властью польского короля Стефана Батория[368].
Другой иностранец, француз Жак Маржерет, приехавший в Москву на службу к Борису Годунову[369], развеивает сплетни о том, что царь убил сына: «Ходит слух, что старшего он убил собственной рукой, что произошло иначе, так как хотя он и ударил его концом жезла с насаженным четырехгранным стальным острием (этот жезл в форме посоха никто не смеет носить, кроме императора; этот жезл великие князья принимали некогда от крымских татар как знак вассальной присяги) и он был ранен ударом, но умер он не от этого, а некоторое время спустя, в путешествии на богомолье»[370].
Англичанин Д. Горсей[371] писал: «В порыве гнева он дал ему пощечину (метнул в него копьем), царевич болезненно воспринял это, заболел горячкой и умер через три дня»[372]. Ремарка, приведенная здесь в скобках («метнул в него копьем»), сделана на полях рукописи не рукой Горсея (что отдельно подчеркнуто в комментариях) — автор написал лишь о пощечине и о горячке как причине смерти. Тем не менее в тексте вопреки воле автора оказались отражены обе версии гибели царевича.
[345] Василий I Дмитриевич (1371–1425) — великий князь Московский и Владимирский; старший сын Дмитрия Ивановича Донского и великой княгини Евдокии. Софья Витовтовна (1371–1453) — единственная дочь великого князя Литовского Витовта Кейстутовича, жена князя Московского Василия I.
[346] Василий II Васильевич Тёмный (1415–1462) — великий князь Московский, пятый (младший) сын великого князя Владимирского и Московского Василия I Дмитриевича и Софьи Витовтовны.
[347] Елена Васильевна Глинская (ок. 1508–1538) — вторая жена Государя всея Руси Василия III, мать царя Ивана IV Грозного; регент на время его малолетства (с 3 декабря 1533 г. до своей смерти).
[348] Вадим Винцерович Трепавлов (1960–2023) — историк, тюрколог; доктор исторических наук, член-корреспондент РАН.
[349] Трепавлов В. В. Предки «Мамая-царя». Киятские беки в «Подлинном родослове Глинских князей». Мамай. Опыт историографической антологии. Сборник научных трудов. Казань: Фэн, 2010.
[350] Мамай (на рубеже 1320/1330–1380) — беклярбек (наместник) и темник (военачальник) Золотой Орды. Родовым владением Мамая был Крым.
[351] Тохтамыш (ум. 1406) — хан Золотой Орды, потомок Тука-Тимура, старшего сына Чингисхана.
[352] Куликовская битва (Мамаево, или Донское, побоище; 8 сентября 1380 г.) — крупное сражение между объединенным русским войском во главе с московским князем Дмитрием Ивановичем (после чего он получил прозвище Донской) и войском правителя западной части Золотой Орды Мамая. Состоялось в районе впадения р. Непрядвы в р. Дон на Куликовом поле (юго-восток Тульской области).
[353] Шенников А. А. Княжество потомков Мамая (к проблемам запустения Юго-Восточной Руси в XIV–XV веках). Л., 1981.
[354] История татар. Т. IV: Татарские государства XV–XVIII вв. Казань: Институт истории им. Ш. Марджани АН РТ, 2014.
[355] «История государства Российского» (изд. 1818–1829) — многотомное сочинение Н. М. Карамзина, описывающее российскую историю с древнейших времен до правления Ивана Грозного (правил в 1533–1584) и Смутного времени (1598–1613/1618).
[356] Пушкин А. С. Собрание сочинений: в 10 тт. Т. 7. История Пугачева; Исторические статьи и материалы; Воспоминания и дневники. Цит. по: История государства Российского. Бестселлер XIX века. URL: https://electro.nekrasovka.ru/articles/bookmonuments/historyoftherussianstate.
[357] Иван IV Васильевич, Иван Грозный (1530–1584), — государь, великий князь Московский и всея Руси, первый венчанный царь всея Руси (с 1547 г.; кроме 1575–1576). Старший сын великого князя Московского Василия III и Елены Глинской. Официально начал царствовать в три года. Был женат шесть или семь раз.
[358] Американский фэнтезийный драматический телесериал (созд. Д. Бениоффом и Д. Б. Уайссом; транслировался в 2011–2019 гг.).
[359] Письмо к Ф. Булгарину. Цит по: Карамзин: pro et contra. URL: https://russianway.rhga.ru/upload/main/36)%20К.%20Ф.%20Рылеев. pdf.
[360] Кондратий Федорович Рылеев (1795–1826) — русский поэт, общественный деятель, декабрист; один из пяти казненных руководителей восстания декабристов 1825 г.
[361] Микитчук М. Д. Образ личности и правления Ивана IV в историческом нарративе его младших современников. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/obraz-lichnosti-i-pravleniya-ivana-iv-v-istoricheskom-narrative-ego-mladshih-sovremennikov.
[362] Микитчук М. Д. Образ личности и правления Ивана IV в историческом нарративе его младших современников. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/obraz-lichnosti-i-pravleniya-ivana-iv-v-istoricheskom-narrative-ego-mladshih-sovremennikov.
[363] Фоскарини М. Донесение о Московии. URL: https://vostlit.info/Texts/rus10/Foskarino/frametext.htm?ysclid=mhlphho741149093456.
[364] Илья Ефимович Репин (1844–1930) — русский живописец и рисовальщик, один из самых влиятельных и разноплановых художников своего времени.
[365] «Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года» (ошибочное разговорное название «Иван Грозный убивает своего сына»; 1883–1885) — картина русского художника И. Репина. Полотно не понравилось императору Александру III и было запрещено к показу (первый случай цензуры в Российской империи в отношении картин).
[366] Антонио Поссевино (1533–1611) — итальянский священник, церковный писатель.
[367] Константин Петрович Победоносцев (1827–1907) — русский правовед и государственный деятель, ближайший сподвижник императора Александра III; основной идеолог (наряду с М. Катковым) консервативных контрреформ 1880–1890-х гг.; писатель и церковный историк.
[368] Стефан Баторий (1533–1586) — король польский и великий князь Литовский.
[369] Борис Федорович Годунов (1552–1605) — боярин, шурин и опекун царя Федора I Ивановича (до восшествия на престол); первый русский царь из династии Годуновых. Начал карьеру со службы при дворе Ивана Грозного.
[370] Маржерет Ж. Состояние Российской империи и Великого княжества Московского. Цит. по: Россия XV–XVII вв. глазами иностранцев. Л.: Лениздат, 1986. URL: https://djvu.online/file/sKVSXP53GjNrE?ysclid=mh5x2re8eh344310278.
[371] Джером (Иероним) Горсей (до 1550 — после 1626) — английский дворянин, дипломат.
[372] Рассказ или воспоминания сэра Джерома Горсея. URL: https://vostlit.info/Texts/rus5/Gorsej/frametext2.htm?ysclid=mh5x8mmtxo582983675.