У входа — восемь. Двое стояли по сторонам двери, неподвижно — Подмастерья, по аурам. Ещё шестеро — Ученики — были расставлены полукругом: двое у караулки, двое у навеса, двое — на дальних подступах, у края расчищенной площадки. Грамотная расстановка, с перекрёстным обзором. Факелов не было — они стояли в темноте и, видимо, видели без света. Вооружены: мечи, жезлы. На груди — амулеты, минимум по два. Боевые, готовые к активации.
— Восемь на входе, — прошептал я, фиксируя в Гримуаре. — Кирилл не соврал. Два Подмастерья, шесть Учеников. Вооружены, экипированы артефактами. Расстановка грамотная — перекрёстный обзор, мёртвых зон нет.
— Сигнальные руны, — сказал Сергей. Он смотрел не на вход, а на землю вокруг. — Видишь? Полукругом, метрах в пятидесяти.
Я переключил зрение. Да — руны. Не на поверхности, а чуть ниже, под снегом: слабое свечение, голубоватое, замкнутое в контур. Сигнальная сеть. Кто-то пересечёт — контур сработает, охрана узнает.
— Радиус?
— Пятьдесят метров от входа, полукругом на юг. С севера — холм, с востока и запада — крутые склоны. Единственный ровный подход — с юга, по дороге. И он перекрыт.
— Обходы?
Мы осмотрели восточный и западный склоны. Крутые, но не непроходимые — зимой, по снегу, можно подняться. Однако — открытые: деревьев мало, кустарник голый. Если охрана смотрит — увидит.
Северный склон — за холмом, мы его не видели отсюда. Но Кирилл говорил о вентиляционных стволах. Если шахта трёхъярусная — где-то должны быть выходы наверх.
— Вентиляция, — сказал Сергей, читая мои мысли. — Её туннели выходят на поверхность — обычно на гребне или на обратном склоне. Если найдём — это вход, который они не контролируют. Или контролируют, но слабее. Надо их поискать.
— Завтра, — ответил я. — Засветло. Обойдём холм с севера, посмотрим.
Мы лежали на снегу ещё двадцать минут. Я фиксировал в Гримуаре всё: расстояния, углы, расположение построек, сигнальную сеть, положение охраны. Сергей считал тайминг: в десять сорок три один из Подмастерьев зашёл в караулку на четыре минуты — перерыв. В одиннадцать ровно — из шахты вышел третий человек, поговорил с охраной, ушёл обратно. В одиннадцать семь — от города по дороге проехали сани с одной бочкой, завернули на площадку. Двое рабочих — местные, Неофиты — перетащили бочку к навесу. Охрана даже не повернула голов.
— Снабжение идёт из города, — отметил Сергей. — Бочки. Что в них — не понятно. Реагенты?
— Или сырьё. Кирилл говорил — «тяжёлые, воняют». Может, минералы из других шахт. Может, что-то органическое. Нужен образец.
— Не сегодня.
— Не сегодня, — согласился я.
Мы отползли с гребня, спустились на обратную сторону холма и пошли обратно. Кружным путём — не по дороге, а через лес, южнее, чтобы не пересекаться с возможными патрулями. Холод давил — мороз к ночи усилился, снег хрустел громче, и каждый выдох висел в воздухе белым облаком. Для нас это было терпимо — генмод поддерживал температуру тела, — но дискомфортно.
В город вошли через южные ворота — те были не заперты и не охранялись вовсе.
Дом Николая. Стук — условный. Дверь открыл Горан, с мечом в руке, молча. За ним — тепло, свет, запах еды. Тихон сидел за столом над картой, Фома и Лука — на лавках, дремали. Семён — у лежанки Николая, держал руки над его грудью. Слабое свечение целительского плетения — работал.
— Ну что? Узнали что-нибудь? — спросил Тихон.
Мы сели. Я разложил Гримуар, вывел карту — схематичную, с пометками.
— Шахта — на северном холме, в двух вёрстах от города, — начал я. — Вход один, главный, укреплённый. Охрана на входе — восемь: два Подмастерья и шесть Учеников, смена раз в восемь часов. За дверью — ещё пост. Посты на каждом ярусе. Сигнальная рунная сеть — полукругом, пятьдесят метров. Единственный удобный подход — с юга, по дороге. Перекрыт.
— Внутри — лаборатория, — продолжил Сергей. — Работает. Фонит магией — я чувствовал её за четыреста метров. Не просто Скверна — что-то активное, мощное. Почти наверняка у них там производство стимуляторов.
— Командует человек по прозвищу Ворон, — добавил я. — В чёрной железной маске. Маска — артефакт. Магический ранг Ворона — Мастер. При нём четверо Адептов, его ближний круг. Пятнадцать Подмастерьев — боевые, распределены по постам и сменам. Сорок Учеников — охрана, караулы, патрули. Пятеро наблюдателей в городе. Лаборанты — десять-двенадцать человек. Рабочие — около семидесяти. Итого в шахте — порядка ста тридцати человек, из которых шестьдесят — маги.
— Откуда подробности? — спросил Тихон.
— Поймали хвост. Подмастерье-наблюдатель с маскирующим артефактом. Наёмник, завербован в Калуге. Следил за нами с момента входа в город — стража доложила. Мы его перехватили за городом. Допросили. Отпустили.
— Отпустили, — повторил Тихон. Бровь поднялась. — Почему?
— Потому что это — единственный вариант, при котором мы выигрываем время, — ответил я. — Смотри. Вариант первый: убиваем или прячем. Кирилл не возвращается к полуночи. Ворон поднимает тревогу — немедленно. Он знает, что мы в городе, стража доложила. Два плюс два — и через час весь гарнизон шахты стоит на ушах. У нас — шесть часов, может меньше, прежде чем они придут сюда. К Николаю. К нам. С шестью десятками магов, включая четырёх Адептов.
— Вариант второй, — продолжил я. — Отпускаем. Кирилл возвращается вовремя, докладывает: «Священник с охраной, паломники, ничего интересного». Ворон успокаивается. Мы получаем сутки, может двое — время, которое нам нужно для разведки.
— А если он доложит правду? — спросил Тихон. — Что его перехватили и допросили?