Ее ладони ложатся на мои бедра, пальцы скользят выше, в пояс моих штанов.
— Научи меня. Покажи, как сделать тебе хорошо, — ее голос тихий, робкий, но в нем слышится желание. И мой член предательски твердеет.
Моя Золотая Девочка.
Жаждущая угодить.
Любой мужчина на моем месте сорвал бы с себя штаны и велел ей обхватить его губами. Но я хочу другого, чтобы она сидела у меня на лице, чтобы я задыхался в ее мокрой сладости, пока она кончает на мой язык.
Терпение кончилось.
— Встань, — хриплю я, поднимая ее с колен, и сам опускаюсь вниз, развязывая ее коньки. Лезвия у горла опасны, когда я буду вылизывать ее.
Она думает, что это ради меня. Но все, чего я хочу, — сделать приятно ей.
Сняв коньки, я усаживаю ее на лавку. В ее глазах смятение.
— Я думала… это для тебя.
Я качаю головой, большим пальцем скользя по ее губам.
— Как бы мне ни хотелось, чтобы ты взяла мой член в рот… единственное, что действительно способно успокоить меня, — это заставить тебя стонать. Ты доверяешь мне? — шепчу я, осипший от желания.
Она кивает без тени сомнения. И это обжигает еще сильнее, ведь она не знает, что за план я вынашивал.
Я укладываю ее на лавку. Рыжие волосы разливаются вокруг, словно огненный нимб. Бледная кожа, румянец на щеках, губы приоткрыты. Она похожа на богиню. И я чувствую, что не достоин.
Медленно скольжу ладонями по ее бедрам, склоняюсь над ней. Она дышит мне в губы, глаза полуприкрыты, в них голод.
Я целую ее так, будто это мое спасение. Она вцепляется в мою футболку, тянет ближе, языком ищет мой. Мы жадны, нетерпеливы.
Но я хочу замедлиться. Смаковать.
Оторвавшись от ее губ, я прохожу языком по ее шее, оставляю следы зубов, скольжу вниз к ключицам, к ложбинке между грудями, к тонкой ткани ее боди.
Мой нос касается затвердевшего соска, и с ее губ срывается сладкий стон.
Такая отзывчивая.
Ее ноги раздвигаются шире, пока я продвигаюсь вниз по ее животу, оставляя поцелуи на пути к чертовой юбке.
К которой у меня, похоже, больная, извращенная одержимость.
Я наконец откидываю ее и делаю то, о чем фантазировал с первого дня, как она ступила на лед, даже если тогда не хотел себе в этом признаваться.
Я устраиваюсь между ее бедер, поднимаю взгляд и ловлю ее глаза, не отводя своего.
Намеренный зрительный контакт, говорящий без слов.
Она закусывает нижнюю губу, втягивая ее в рот, пока мои пальцы сжимают ее бедра, раздвигая их еще шире, поднося нос к ее промежности, прикрытой спандексом.
Внезапно я чувствую, как ее пальцы впиваются в мои волосы, и поднимаю голову.
— Я… нервничаю, — шепчет она. — Вдруг тебе не понравится… — она краснеет, обрывая фразу, но я прекрасно понимаю, что она пытается сказать.
— Ни за что на свете я не откажусь утонуть в тебе, Золотая девочка, — чтобы прояснить ситуацию, я провожу носом по ее киске, вдыхая. — Поверь, я уже почти кончаю от одного твоего запаха.
Не ложь — мой член чуть ли не рыдает в штанах.