Правило плохого парня: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

ГЛАВА 21

ЛЕННОН

У меня есть привычка доводить себя до предела — умственного, физического, эмоционального — всякий раз, когда мне кажется, что я терплю неудачу.

Это результат того, что всю жизнь я думала: провал — это просто непозволительно.

Я ненавижу мысль о том, что могу не справиться с… чем-угодно.

Мой мозг просто так не работает. Особенно когда речь идет об учебе и фигурном катании.

— Черт, — болезненно выдыхаю я, расставив руки на льду рядом с собой, а ягодицы уже чувствовали всю тяжесть моих неудачных попыток двойного тулупа, который я пытаюсь выполнить последние тридцать минут.

Как это возможно — провести почти всю жизнь на коньках, а один год перерыва полностью разрушил все годы тренировок и прогресса?

Или, по крайней мере, именно так это ощущается сейчас, ведь я больше лежу на льду, чем скольжу по нему.

Я даже не могу приземлиться с простого прыжка, который выполняла годами.

Меня переполняет такая злость, что слезы жгут глаза — горькое напоминание о том, каким был последний год.

Я злюсь на отца за то, что он отнял у меня все это, и злюсь на себя за то, что позволила ему. За то, что поставила их желания и мечты выше своих собственных.

Я выдыхаю и медленно поднимаюсь с льда, игнорируя легкую дрожь в ногах, выпрямляю спину и готовлюсь сделать это снова.

— Исправь меня, если ошибаюсь, — раздается знакомый глубокий голос позади, голос, что преследует мои сны, точнее, кошмары, — но ведь в фигурном катании положено стоять прямо?

Конечно же, он выбирает этот самый момент для своего громкого появления.

Когда я на грани слез, а мои ягодицы и ноги покрыты синяками от всех падений за сегодня.

Медленно оборачиваюсь и вижу, что он лениво прислонился к бортам, скрестив руки на широкой груди. На нем потертое худи «Хеллкэтс» и серые спортивные штаны, на которые я не позволяю себе смотреть дольше секунды. Темные волосы убраны под надвинутую назад кепку — впервые вижу его в ней — и ненавижу, как он горяч в этом образе.

Вместо того чтобы сорваться, я решаю его игнорировать. Я и так уже в отвратительном настроении, а его присутствие точно только все усугубит.

Особенно учитывая, как же он чертовски хорош в этих дурацких спортивных штанах и глупой кепке.

Я поднимаю руку и показываю ему средний палец с максимально сладкой и дерзкой улыбкой, которую могу выдавить. Он лишь усмехается.

Этот хриплый, глухой смех будто ощущается прямо между ногами. Только усиливает неприязнь.

Я ненавижу, что мое тело реагирует на него, что я теряю контроль, когда он рядом.

— М-м-м, она сегодня злючка, — поддразнивает он. — Осторожнее, Золотая Девочка. Ты же знаешь, как я люблю, когда ты такая.

Я продолжаю его игнорировать.

Поворачиваюсь к нему спиной, выдыхаю и пытаюсь сосредоточиться на прыжке, который собираюсь сделать, даже если наблюдает сам Сатана.

Я качусь в другую сторону, делаю тройной поворот, выстраиваюсь в позицию и скольжу в прыжок, втыкая носок конька в лед и закручиваясь в очередной одиночный луп. Одиночный — это просто, двойной — вот с ним беда.

Пробую снова, уже с двойным оборотом, но снова падаю на задницу.

Черт возьми.

Падаю сильно, копчик уже горит.

— Черт, это было больно. Ты в порядке? — спрашивает он позади.