— Под каким кустом ты спрятал парашют? — осведомился я.
— Тебе не понадобится парашют, кэп, — сказал Генри. — Тебе доводилось слышать о прыжке веры?
— Это без меня.
— Я знал, что ты так ответишь, поэтому попридержал для тебя лифт.
В нескольких метров от того места, где я стоял, открылся люк. Не заставляя упрашивать себя дважды, я соскользнул по лестнице и оказался на верхнем техническом этаже.
— Двадцать метров направо, — сказал Генри.
Лифт тоже оказался техническим, по форме напоминал установленный вертикально гроб и слегка жал мне в плечах. Едва я в него втиснулся, как дверцы закрылись и лифт пополз вниз со скоростью намеревающейся выиграть пари у зайца черепахи.
Зато его не пришлось ждать.
— Минут через десять мы будем внизу, кэп, — сказал он.
— За эти десять минут нам не успеют подготовить встречу?
— Я посадил семь шаттлов на семи разных зданиях, — сказал Генри. — А теперь они снова в воздухе и запутывают следы еще сильнее. Впрочем, это ненадолго, потому что у меня закончились перехватчики и сейчас их начнут сбивать.
— Они все равно проверят место посадки, — сказал я.
— По моему плану, когда сюда доберутся мобильные группы, ты уже доберешься до станции подземки и успеешь проехать пару кварталов.
— А если они перенаправят сюда дежурные полицейские дроны?
— В здании двести шестнадцать этажей, — сказал Генри. — Чисто теоретически ты мог выйти на любом из них, и чтобы все проверить, даже если они привлекут сюда все дежурные дроны, понадобится кое-какое время. А таких зданий семь. Успокойся, кэп, на планете живут миллиарды человек. Искать тебя среди них, это все равно, что искать песчинку в пустыне.
— Беда метафор в том, что они врут, — заметил я.
— Я запомню, кэп, — пообещал Генри.
Лифт выпустил меня на минус третьем этаже, в плохо освещенном техническом коридоре.
— Направо, — сказал Генри.
Метров через пятьдесят в левой стене обнаружилась дверь, которую Генри заботливо открыл при моем приближении, и, пройдя через нее, я оказался в переходе подземки.
Город населен очень плотно, а подземка является самым доступным видом транспорта, так что тут всегда толпа. Я влился в эту толпу, прошел на станцию, воспользовавшись одним из липовых чипов личности, которые перепрограммировал еще во времена бегства с Эпсилона-4, и сел в поезд, на который указал мне Генри.
Мне все еще было неуютно, в крови бурлил адреналин, который некуда было выплеснуть, и мне казалось, что все на меня смотрят, хотя, конечно же, это было не так.
— Тридцать шесть станций на запад, — сказал Генри. — Потом пересядешь на оранжевую ветку и проедешь еще двенадцать на юг.
— И что там?
— Там тебя будут ждать медицинские процедуры, кэп, — сказал он. — Пришла пора тебе сменить свою рожу на что-то более привлекательное.
— Ты же понимаешь, что клиники они будут проверять едва ли не в первую очередь? — спросил я.
— Слушай сюда, кожаный мешок, — сказал Генри, подпустив в голос немного раздражения. — Я продумал всю операцию, я планирую на десяток ходов вперед, и у меня все под контролем. Я уже доставил тебя на материк с закрытой военной базы на острове посреди океана. Вытащить тебя с планеты после такого — это плевая задача. И, кстати, после того, как я это сделаю, мы с тобой будем в расчете.
— Согласен, — сказал я.
Он и так сделал куда больше, чем я от него ожидал. Впрочем, я вообще не ожидал, что он вмешается, и совершенно не был бы в обиде, если бы он этого не сделал.
— В клинике, куда я тебя записал, нет человеческого персонала, — сказал Генри. — Она полностью автоматизирована, и я уже внес коррективы в ее базу данных. Пока ты будешь там, твой визит будет считаться плановым осмотром, а когда мы закончим, вся информация о твоем визите будет удалена.