1
— Эми, ты меня слышишь? — незнакомый женский голос резанул по ушам.
А следом щеку обожгло ударом.
Я открыла глаза и потеряла дар речи
Засыпая совсем недавно в больничной палате, я не думала проснуться. Врачи не давали мне никаких шансов.
Но всё же проснулась… и где? В незнакомой комнате.
Над моей головой темнел высокий деревянный потолок с массивной железной люстрой, а вокруг толпились какие-то люди.
— Эми? — выдохнула я хриплым голосом, — это кто?
Незнакомцы переглянулись, а сидящая рядом худая женщина с тонкими губами раздраженно закатила глаза.
— Ну хватит уже притворяться, Эми! Ты требуешь слишком много внимания! Продолжайте, господин нотариус, — она поднялась, нервно одернув длинное черное платье, — пускай валяется, если так хочет.
И всё же я попыталась принять вертикальное положение. Голова неприятно кружилась, а в теле ощущалась слабость.
Ноги не удержали, и я рухнула на стоящий рядом стул.
Все присутствующие мигом потеряли ко мне интерес. Они жадно уставились на старика с пышными бакенбардами в строгом старинном костюме.
— На этом всё, господа, — озвучил тот, откладывая в сторону свиток с сургучной печатью на веревочке, — завещание вступает в силу незамедлительно. Позвольте откланяться.
Я растерянно огляделась вокруг.
Где я? Кто все эти люди? Почему они принимают меня за какую-то Эми?
— Вы кто такие? — несмело поинтересовалась я. — И что вообще происходит?
Но никто не спешил пояснять. Незнакомцы были заняты своими делами: кто-то пошел провожать старика, остальные шумно переговаривались, обсуждая услышанное, и только та неприятная женщина в упор смотрела на меня.
— Ну что, ты довольна, Эми? — усмехнулась она холодно.
— Почему вы называете меня Эми? Я…
Она не дала мне продолжить:
— Теперь ты владелица целого поместья. Разве не рада?
Я не знала, как реагировать на происходящее, и уж тем более что ответить на подобный вопрос.
Женщина явно не испытывала ко мне теплых чувств. Не знаю, чем успела перед ней провиниться.
— Поместья? Какого еще поместья?
Я могла только беспомощно хлопать глазами в ответ.
Полюбовавшись на моё ошалелое лицо, незнакомка в черном вдруг чуть склонилась вперед, сузив глаза, и неприязненно прошипела:
— А теперь пошла вон отсюда!
Чьи-то руки мягко обхватили меня за плечи и сердобольный голос запричитал:
— Идем, деточка, пора собираться из этого недоброго места.