— Это настоящее оскорбление.
Я хихикнул, и Келли сделала то же самое.
— Когда сказал мне, что возвращаешься в Балтимор, я не могла поверить. Наконец-то мы снова вместе, и я могу видеть тебя каждый день! А теперь давай отбросим разговоры о той ведьме и скажи, что ты хочешь, чтобы я тебе купила?
Я переслал ей по телефону список разрешённых продуктов.
— Если не найдёшь того, что перечислил, не бери варианты.
Она начала внимательно читать.
— Что такое конжак?
— Корень, не содержащий углеводов. Не бери жидкие спагетти, они на вкус как испорченная рыба, бери сухие или в крайнем случае рис.
Келли взяла пульт дистанционного управления и выключила телевизор.
— Из картофеля сделали пасту?
— Это не картофель.
— Ты сказал «корнеплод».
— Картофель — это корень?
— Понятия не имею, и сейчас мне всё равно, я больше не буду задавать вопросы о том, что ты ешь. Вместо этого расскажи мне, как всё прошло у Льюисов. Они всегда были так добры к тебе, и Альфред всегда поддерживал с тобой связь.
— Да, тренер — замечательный человек. Он показал мне альбом со всеми газетными вырезками обо мне.
— Как здорово! А его жена в порядке?
— Они все в порядке.
— Все?
— Все.
— Все, все?
— Я понимаю, к чему ты клонишь, и да, они все в порядке.
— В том числе и твоя Пенелопа?
— Она не моя Пенелопа.
— А чем она занимается? Она изменилась? Да, конечно, изменилась, ей уже двадцать пять. А у неё до сих пор каштановые волосы? Надеюсь, она не перекрасилась в фальшивую блондинку! Она высокая? Наверное, да, раньше у неё были такие длинные ноги, и ты всегда замирал, глядя на них. Какая великолепная девочка, всегда такая весёлая и спонтанная! Ты был настоящим сталкером, таким влюблённым... Вместе вы были прекрасны, такие разные...
— Не делай этого, Келли, остановись сейчас же и перестань фантазировать.
— Позволь мне немного помечтать.
— Единственное, о чём ты должна мечтать, — это я с третьим кольцом Супербоула.
— Какого дьявола тебе нужно ещё одно кольцо и ещё больше модных машин, ещё одна модель, похожая на стебель сельдерея, и пустая кладовка?
— Ты критикуешь мой образ жизни? От тебя я этого не жду.
— Только потому, что годами пихала свои сиськи людям в лицо, ты думаешь, я не могу позволить себе морализировать?