Балтимор, март 2023
Мне с усилием удалось сфокусировать взгляд на стене напротив, зрение прояснилось, но держать веки открытыми получалось с трудом. Авария была настолько ужасной, что через два дня я очнулась на больничной койке, наполовину в гипсе, с болью и, главное, во власти обезболивающих.
Даже просто дышать было больно.
Единственная радостная новость, — все зубы остались на месте, хотя я и не знала, что с ними делать. Я больше не хотела улыбаться, не хотела есть и разговаривать, и хорошо, что я проводила эти дни во сне, потому что рядом со мной всегда были мама, папа или двоюродные сёстры.
Его не было. Бо.
И это было подтверждением того, что я всё сделала неправильно, я влюбилась в мужчину, который неспособен чувствовать.
Седативные препараты. Мне просто хотелось притупить боль и перестать ощущать пустоту в центре груди.
Глава 53
Он
Vigilante Shit
Балтимор, март 2023
Бо Бакер, — гласила надпись на надгробии. Ничего больше. Ни «отец», ни «муж», ни «друг». Ничто не характеризовало мужчину, который привёл меня в этот мир, только слёзы Келли, которые она продолжала проливать. На мраморный памятник не положили даже цветка, и кроме нас, никто не удосужился попрощаться в последний раз.
Я сам был на похоронах больше для неё, чем для него. Он, кто не заслужил ни одной из этих слезинок.
— Я буду так сильно по нему скучать, — шмыгая носом, сказала Келли. Я в миллионный раз задался вопросом, что же такого хорошего она нашла в этом мужчине.
После окончания короткой церемонии мы повернулись, чтобы уйти с кладбища, и я увидел Альфреда Льюиса. Он стоял, прислонившись к дереву. Альфред Льюис был именно таким мужчиной, которого я бы хотел видеть своим отцом.
Я подошёл.
— Здравствуйте, тренер.
— Соболезную о твоём отце, — холодно ответил он, затем повернулся и зашагал прочь.
Я последовал за ним, обеспокоенный и понимая причину. Такое поведение было не свойственно ему.
— Не знаю, что сказала вам Пенелопа, но я не хочу, чтобы наши отношения закончились из-за того, что она уехала в Сан-Франциско.
Он замер на месте и посмотрел на меня так же, как его дочь, когда злилась.
— Позволь мне прояснить: ты серьёзно или шутишь?
— Это не я над кем-то подшутил.
— Пенни попала в тяжёлую автомобильную аварию и уже неделю находится в Реджисе.
В испуге я уставился на его серьёзное и сердитое выражение лица.
— Что… что... Госпитализирована? Что с ней случилось? — удалось спросить, пока волнение нарастало.
— Она ехала на своей старой машине, на той, которую, как ты уверял меня, она больше никогда не будет использовать! — обвинил меня Альфред, повысив тон. — Эта чёртова ловушка без подушек безопасности не затормозила, и она врезалась в дерево, а затем съехала в канаву в Бордер-Ривер. Только чудом там не оказалось воды, иначе мы бы потеряли Пенелопу навсегда.
Я снова потерял дар речи. Пенелопа была в больнице, ей было больно, а я был в ярости, потому что она исчезла.
— Боже мой… Я… Я ничего не знал, а теперь она…
— Что ты мне обещал, когда пришёл сказать, что хочешь встречаться с моей дочерью? Ты помнишь это или то были просто глупые слова, сказанные в силу обстоятельств?