— Ма? — спрашивает её черноволосый черноглазый пацан, вошедший в гостиную с игрушечной машинкой в руке. — Кто это?
— Это Слон, мой бывший командир, я тебе про него рассказывала, помнишь?
— Так он настоящий? Я думал, это сказка! — откровенно удивляется мальчуган.
— Ещё какой настоящий! — ржёт Слон. — На вот, тебе. На память о встрече!
Слон достаёт пистолет, вынимает магазин, выщёлкивает патрон и протягивает мальчику. Тот оглядывается на мать, она кивает, и он осторожно берёт с широкой ладони красивый медный цилиндрик с закруглённой головкой пули.
— Мамке только дай сначала, пусть охолостит. Она знает как.
Пацан серьёзно кивает, зажимая патрон в ладошке, и поворачивается ко мне.
— А это твой папа, Михаил, или Док, — говорит Криспи тем же ровным тоном. — Про него я тебе тоже рассказывала, помнишь?
— Я тоже не сказка, — киваю я. — Патрон тебе уже подарили, но у меня тоже есть для тебя сюрприз. Настоящая живая сестра!
Глава 11. Путями Основателей
— Это мой сын.
— Мой сын, — мягко поправила Змеямба. — Его зовут Сергей.
— В память о твоей большой, но не сложившейся любви?
— Да. Тебе не нравится?
— А это имеет значение?
— Нет.
— Нравится. Сергей Михайлович звучит солидно.
— У нас нет отчеств.
— Я знаю. Хороший пацан.
Объявившийся отец Сергея заинтересовал меньше, чем сестра.
— Ты красивая, — сказал он Нагме.
— Спасибо, — ответила она, смутившись, — ты тоже ничего. Прикольно, что у меня есть брат.
— Угу, — мальчик ещё раз окинул её взглядом и отвернулся.
Патрон на ладошке куда увлекательнее нас всех вместе взятых. Похоже, альтери действительно не очень ценят семейственность.
— Нет, — Зме неумолима, — я не дам вам доступ к установке. И, поверь, однажды ты скажешь мне за это спасибо. Я знаю о нескольких сообществах, использовавших такие машины, и все они дорого заплатили в итоге. Это очень неэтичная и опасная технология, особенно для людей с фрактальными способностями. Как бы тебя ни заверяли, что это безопасно для девочки — не верь. Твой жуткий спутник может быть каким угодно специалистом, но он, извини, уж точно не похож на того, кому есть дело до будущего твоей дочери.
— Я в отчаянии, Кри, — признался я. — Видела бы ты ту тварь, что за ней явилась… Не уверен, что смогу защитить дочь. Да я и не вечный.
— Художественное выжигание по мозгам — не защита. Да, у тебя останется девочка, но она уже не будет той Нагмой, что ты пригрел однажды в холодных горах. Не дай превратить её в инструмент, даже если тебе врут, что это «для её же пользы».
— Сложный выбор, Кри.