Цивилизация. Альфонс: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Хорошо, жена. Надеюсь, теперь ты знаешь своё место. А теперь иди и приготовь мне завтрак. И пусть он будет самым вкусным, какой ты только можешь сделать. И поторопись, я голоден.

Айя молча развернулась и пошла в сторону дома. Я проводил её взглядом, чувствуя удовлетворение от одержанной маленькой победы. Женский кружок продолжал молчать, словно окаменевший. Они смотрели на меня с недоумением, не понимая, что именно я сказал жене. Но я знал, что теперь в их глазах я — настоящий хозяин своей жены.

Я не спеша прогулялся по деревне, наслаждаясь воздухом и свободой: подобные прогулки в прошлом стойбище я не мог себе позволить. Дышалось легко, и в душе было какое-то странное умиротворение, смешанное с небольшим чувством триумфа.

Местные жители здоровались со мной по-прежнему вежливо, прикладывая руку к груди, несмотря на то, что отчебучила Айя вчера перед сном. Пока что они демонстрировали просто правила приличия и покорность решению шамана, не более того…

Были, конечно, улыбающиеся взгляды, но я понимал, вскоре они исчезнут. По крайней мере семейная моя жизнь будет достаточно стандартной по местным меркам. А уважение… Что ж, со временем появится и оно. Просто его нужно заработать.

Сарафанное радио сработает так, как мне нужно! И в подтверждении моих догадок, вскоре я начал натыкаться на стайки местных баб, среди которых были одна-две подруги Айи, свидетельницы сегодняшнего представления — красотки разносили по деревне то, что смогли увидеть и понять.

Они оживленно жестикулировали и что-то горячо обсуждали. Судя по обрывкам фраз и выражению их лиц, центральной темой была сегодняшняя сцена возле моего дома. Уверен, все наши с женой действия станут предметом пересудов на многие дни. Но пусть судачат. Главное, чтобы каждая из них поняла, что бунт Айи не удался.

Подобные разговоры мне только на руку. Общественное мнение — мощная сила, которая поможет укрепить мою позицию. Не в один день местные проникнутся ко мне настоящим уважением, но начало положено.

Вернувшись домой через час, я обнаружил на столе дымящийся завтрак. Аромат лепёшек, жареного мяса и трав щекотал ноздри. На столе стояла большая глиняная миска с какой-то густой кашей. Рядом красовались румяные куски мяса, обжаренные на открытом огне. На отдельной тарелке лежали свежие овощи — некоторые я видел впервые.

Я уселся за стол и с удовольствием принялся за еду. Каша оказалась на удивление вкусной, мясо сочным и нежным, а вот к овощам придётся привыкать. Не было ничего такого, потрясающего, как, например, свежий огурец, помидор или редиска…

Взяв один из незнакомых овощей, я осторожно надкусил его. Сразу ощутил плотную текстуру, слегка хрустящую на зубах. Вкус оказался неожиданным — землистый, с легкой горчинкой. Что-то среднее между сырой свеклой и пастернаком. Второй овощ напоминал миниатюрную тыкву, но был более продолговатой формы. Мякоть оказалась сочной, чуть сладковатой, отдаленно напоминая огурец, но без его освежающей прохлады.

Айя молчаливо наблюдала за мной, не притрагиваясь к еде. Она сидела напротив, держа руки на коленях, и ее взгляд был полон какой-то странной пустоты. Ни радости, ни гнева, только отрешенность.

«А должен ли я скомандовать, мол: можешь есть? Хм… а вот сиди и жди теперь.»

Я не комментировал ее безмолвие, сосредоточившись на завтраке. Каждый кусок смаковал, но виду не подавал, что мне вкусно. Хотя это было действительно вкусно! Выражение моего лица оставалось бесстрастным.

Насытившись, я отставил от себя посудину и посмотрел на Айю.

— Поговорим?

Она ничего не ответила, продолжая сверлить меня взглядом.

— Айя, — продолжил я, уже более твердо, — я хочу, чтобы ты поняла одну простую вещь. Я твой муж, и я — глава семьи. Твое неповиновение неприемлемо. Вчерашний инцидент… — она прищурилась на последнем слове, ибо я его сказал по-русски. — Вчерашняя твоя выходка перед всей деревней — это косяк. — слово «косяк» она тоже не поняла. — Если ты не прекратишь ставить меня ниже себя, будешь сопротивляться моим решениям, то последствия тебе не понравятся.

Я замолчал, давая ей возможность что-то возразить, но она продолжала молчать. Тогда я продолжил:

— У тебя есть три варианта дальнейшего развития событий, если ты продолжишь заниматься этой хернёй. И ни один из них тебя не обрадует. Первый вариант: ты сделаешь мне ребёнка, но сразу после родов я приведу в дом трёх женщин, трёх новых жён, а тебя посажу в комнату. Они станут любимыми, а ты будешь сидеть с их детьми. И не увидишь больше ни города, ни белого света. Станешь нянькой, которая убирается по дому, готовит, и смотрит за чужими отпрысками, не получая ласки и заботы от мужа. Будешь вспоминать свои вольности со слезами на глазах, жалея, что не слушала мужа.

Я наблюдал за ее реакцией. Глаз стал чуть шире, но в нём не было страха, скорее — вызов. Что ж, значит, первый вариант не слишком ее впечатлил.

— Второй вариант, — продолжил я, — гораздо хуже. Я продержу тебя не рожавшей еще несколько сезонов. А может, ещё больше! А ты сама знаешь, как это в нашей деревне. Не родившая жена — кто у нас? Неспособная? Бесплодная? Проклятая духами? Ты станешь изгоем. Подруги, с которыми ты сегодня весело щебетала, будут плевать тебе в спину. Я обещал твоему отцу не брать вторую жену, пока ты не родишь. Я сдержу слово.

На её лице появилась злость: губы плотно сжались в тонкую линию, а в глазе вспыхнула искорка ярости. Но она по-прежнему молчала, не собираясь давать мне ни малейшего повода для торжества. Я видел, как она сдерживает себя, борется с желанием выкрикнуть что-то. Скорее всего желала напомнить мне, что при таком раскладе и у меня не будет детей.

Но она держалась, и это меня немного разочаровывало. Мне хотелось увидеть ее более сообразительной и понимающей. Но передо мной сидела гордая и неприступная девица, готовая из-за собственной глупости принять любой удар, но не склонить головы. Дура она, что ли⁈

Впрочем, её горделивость до добра не доведёт, она явно это понимает по моему монологу.

— У тебя не будет никого. Я буду ходить с тобой по улице, держа гордо голову, а ты будешь прятать лицо, боясь встретить чей-то осуждающий взгляд. И если ты думаешь, что я сжалюсь, то ты ошибаешься. Потому что это ты первая решила выставить меня на посмешище. Ты посеяла ветер, Айя, а пожнешь бурю.

Я сделал паузу, чтобы дать ей время осознать мои слова. Видел, как цвет лица Айи изменился. В её взгляде промелькнула тень страха. Она поняла, что второй вариант — это не просто угроза, это реальность, которая может обрушиться на неё в любой момент. И эта реальность страшнее всего, что я перечислил раньше.

— Ну, а в третьей варианте есть Лили. Ты помнишь ее, Айя? Молодая рабыня так любезно подаренная Миросом.

— Она рабыня, — пробормотала Айя. — Какое мне дело до неё?

Хах! Ща объясню, дорогая!