Впереди пограничных застав: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вскоре к гитлеровцам прибыло подкрепление. Огонь стал плотнее. Фашисты окружили мельницу со всех сторон. А у советских разведчиков кончались патроны, они стали бить уже не очередями, а только одиночно. И гитлеровцы оживились.

Куприянов глубоко вздохнул:

— Сергей! Отдай автомат Томашу.

— А я?

— Вызывай батарею. Передай: мы окружены, просим огонь на себя.

— Есть, командир!

Гарин протянул автомат Томашу, предупредил:

— Смотри, брат, чтобы ни одна пуля даром…

Поляк понимающе кивнул и тут же пригвоздил долговязого гитлеровца, выдвинувшегося вперед.

— Хорошо, — подбодрил Гарин, отползая к своему окну. Уже сам себе добавил: — А скоро будет еще лучше. Наш комбат торопиться не любит, зато…

Страшный грохот потряс мельницу. Едкий дым разорвавшихся снарядов обволок ее черной тучей. Оглохший Куприянов прохрипел:

— Передай: молодцы, цель накрыта. Пусть повторят залп!..

Еще более мощный удар, казалось, всколыхнул не только НП — всю гору. А разведчики уже не видели, что делается там, снаружи, не слышали ни жалобных стонов, ни злобных выкриков, ни истеричных проклятий.

…На закате солнца, в глубокой тишине, какая обычно устанавливается после ожесточенного боя, среди развалин мельницы послышались сдержанные голоса, глухое постукивание оружия. Это на гору поднялись советские артиллеристы, высланные старшим лейтенантом Пахомовым. Сначала увидели Томаша. Бездыханный и уже застывший, распластав руки, лежал он на обгорелом бревне. Затем кровавый след привел их к Куприянову. Он сидел у камня-валуна, привалившись к нему спиной. Торопливо припали к его груди: сердце молчало. Поднесли ко рту зеркальце: оно осталось совершенно чистым.

Могилу им вырыли тут же, у камня, — глубокую, просторную. Места хватило бы в ней и Гарину. Но сколько его ни искали, не нашли. Кто-то предположил:

— Наверное, прямое попадание…

Старушка давно закончила рассказ, а Федору казалось, что он все еще слышит автоматные очереди, разрывы снарядов, видит истекающих кровью отца и его товарищей…

— Костер-то, сынок, вот-вот загаснет, — вызвал его из оцепенения голос старушки.

— А? Да-да… Я сейчас!

Торопливо бросил на потускневшие, подернутые золой угли хворост. Ветки вспыхнули, беспокойные блики пламени заметались по остывшей земле, и из темноты вдруг высветились цветы, белые-белые, но с мертвенно-серым оттенком.

— Почему они такие? — вырвалось у Федора.

Не сразу поняла старушка его вопрос. Но потом догадалась и пояснила:

— Мы, поляки, с древних времен считаем белые цветы символом чести, чистоты и светлой памяти усопших. А еще верим: только на могилах добрых людей растут белые цветы.

— Так, наверно, оно и есть, — не сразу откликнулся Федор. — Так и есть!

Нагнулся, еще подбросил в костер веток. Ярче затрепетали огненные язычки. Гуще посыпались искры. Вычертит одна над оградой золотую дугу, погаснет на лету. Но в студеном воздухе уже мерцает следующая…

МОСТ

Самолет противника был вооружен пулеметом, у Демидова имелся лишь пистолет ТТ. Начиная атаку, стервятник развивал такую скорость, что выжженная солнцем трава всполошенно прижималась к земле. Демидов же никогда не отличался особой резвостью. Между тем приходилось прыгать в канавы, прятаться за бугорками, за холмиками — словом, метаться по всему полю. А фашист кружил и кружил над ним, как ошалелый шмель.

Демидову непонятно было, что побудило летчика завязать этот очень странный бой. То ли он был пьян и решил позабавиться, то ли его все же задела пуля. Ведь стрелял Демидов почти в упор, когда гитлеровец пролетал над ним в каких-то считанных метрах.

Ох, с какой яростью, с какой ненавистью нажал Демидов на спусковой крючок — и раз, и второй, и третий! Было невыносимо обидно, что фашист безнаказанно разбойничает на нашей родной земле.

Глянув на дымившийся ствол пистолета, Демидов огорченно подумал, что таким оружием он много вреда самолету не причинит. Вот если бы у него было противотанковое ружье или хотя бы автомат, тогда можно было бы повоевать…