– А твой подвиг в сберкассе? Представляете – одиннадцатилетний пионер уложил двух матерых рецидивистов, причем, один из которых – мастер спорта по вольной борьбе. Так вот, мастер этот угодил в больницу, а второй, вооруженный пистолетом – на кладбище.
– Таки да, ничего сверхъестественного, мальчик немного пошалил, – заметил худощавый, но довольно жилистый юноша, сидевший рядом с Максом.
– Ну, так сложились обстоятельства, надо было реагировать, вот я и «засветился». Я так или иначе бы это сделал, просто эти урки подвернулись. А так долго бы вы меня замечали, товарищ генерал… – гнул свою линию Зверев.
– Ладно-ладно, Зверев, мы тебе благодарны и за проявленную инициативу, и за помощь, и за то, что сразу пошел на контакт. Итак, сержант армии Донецкой народной республики, бывший украинский журналист Максим Зверев попал к нам из 2016 года в результате полученной контузии во время боевых действий на Донбассе. О которых мы еще поговорим отдельно. Но он пришел к нам не первый. Первым был Виктор Уткин, из Ленинграда.
Крепенький парнишка лет четырнадцати снова поднялся со своего места и театрально поклонился.
– Спасибо, Виктор, за быструю реакцию. Уткин пришел к нам из 2019 года, по времени «там» стартовал сюда последним, но появился здесь первым. Почему мы сразу к нему не проявили интерес? Виктор в своем времени занимал должность начальника главка в Министерстве юстиции и его кандидатура даже рассматривалась на пост министра. Поэтому у нас он очень резво начал свою деятельность в своем новом, точнее, молодом теле. Кстати, в нем он появился благодаря тому, что спас одну девочку от маньяка и убийцы. И, между прочим, это сделал не взрослый Виктор, а его, так сказать, предшественник. То есть, маленький Витя Уткин, без присутствия в сознании его же, но взрослого. Потом, потом все детали поясню, – замахал руками генерал на пытавшихся задавать вопросы ребят.
Леонов снова сделал паузу, затем продолжил.
– Итак, сейчас только краткое знакомство. Так вот, Витя наш и с Чурбановым – заместителем министра внутренних дел СССР – познакомился, и с самим министром, Щелоковым, и даже наш Генеральный секретарь ЦК КПССС Леонид Ильич Брежнев его в Кремле лично наградил. Герой! Но потом, пользуясь своей феноменальной памятью, которая нам еще ой как пригодится, Виктор Уткин стал записывать песни – из тех, что действительно стали петь в Союзе, но позже. И выдавать за свои. Так что очень быстро прославился, как юный гений. Ведь его песни стали петь Людмила Сенчина, Эдита Пьеха, Михаил Боярский, Лев Лещенко и даже Иосиф Кобзон. Мы сейчас немного умерили пыл «гения», – Леонов выделил слово «гений» и, посмотрев на Уткина, саркастически улыбнулся.
Уткин немного сник. Генерал продолжил.
– Потому что гениальность Уткина нам нужна на другом поприще. Но к этому мы еще вернемся. Идем дальше. Рядом с Максимом Зверевым сидит Михаил Филькенштейн по кличке Филин. Ему 14 лет, на самом деле – 46. Бывший рецидивист, «катала», эмигрировал в Израиль. Мастер единоборств, специализируется на системе «крав-мага». Попал к нам в результате артобстрела Хайфы с палестинских территорий. Да, кстати, все вы к нам попали из так называемых горячих точек в период обострений военных или гражданских конфликтов. Виктора Уткина понесло в Испанию, решил поехать в Барселону и очень не вовремя – Каталония решила отделиться от Испании. Мадрид, естественно, такое своеволие не стерпел. И там сейчас происходят события, подобные тем, что стали ранее происходить в Украине, из которой к нам прибыли Максим Зверев, и его боевой товарищ Кёсиро Токугава. Вот он, – Леонов указал на мальчика японской внешности.
Впрочем, можно было не указывать – все и так поняли, о ком говорит генерал.
– Кёсиро Токугава так же служил в армии Донецкой народной республики, в диверсионно-разведывательной группе, которой командовал сержант Максим Зверев. Вот только Максим, наверное, не знал, что Токугава на самом деле майор ГРУ, работал в Главном управлении агентурно-оперативной разведки, и был задействован в операции под кодовым названием «Северный ветер». То есть, наш коллега, который выполнял секретное задание в ДНР, имея прикрытия в виде разведчика ДРГ «Стикс».
Макс удивленно, словно в первый раз увидел, посмотрел на Костю-Японца. Тот улыбнулся в ответ и приложил палец к губам, мол, потом все объясню. Генерал это заметил и улыбнулся.
– Кёсиро в своем мальчишеском теле успел тут дров наломать, пришлось в Ростов целую «Альфу» вызывать и шороху там наводить. Хотя, нет, шороху на местное ворье Кёсиро, или, как его там называют, Костя-Японец, сам навел. На пару со своим отцом, бывшим сотрудником ГРУ. Они вдвоем отразили нападение целой банды. А мы уже так, порядок потом наводили.
И, наконец, последний из вас – Иван Громов из Волгограда. У него редкий талант, редкий даже для взрослого – он великолепно стреляет. Иван тоже в прошлом сотрудник ГРУ, снайпер. Попал сюда после того, как получил тяжелое ранение в Сирии летом 2018 года, где присутствуют – в будущем, разумеется – наши русские специалисты. Итак, вы все в сборе, познакомились и сейчас Сергей Алексеевич Вронский разъяснит вам все подробности, а главное – расскажет, зачем мы всех вас нашли, и зачем собрали здесь, – Леонов подошел к столу, за которым сидели все его гости, отодвинул свободный стул, который стоял с самого краю, и сел, как бы уравняв себя со всеми.
Невысокий пожилой мужчина в очках с пронзительным взглядом, сидевший рядом с генералом, не вставая со своего места, кивнул головой генералу и начал говорить.
– Сотрудники недавно созданной особой группы КГБ «Омега», а также сотрудники секретной лаборатории, которая занимается изучением и развитием экстрасенсорных способностей человека, конечно же, знают все, о чем я сейчас вам расскажу. Но в начале хочу уточнить вот что. Все мы, здесь собравшиеся, кроме, пока что вас, так сказать, гостей из будущего, служим своему государству, своей Родине – СССР. Но кроме руководителей государства есть еще группа людей, осуществляющих, так сказать, коррекцию этой реальности. Мягкую и незаметную. Точнее, контролирующая высшее руководство страны.
– Вы имеете ввиду криптократию? – снова не выдержал Виктор Уткин.
– Сразу видно, что человек побывал во властных структурах. Да, Виктор, я имею ввиду власть, которую никто не знает, не видит. Так сказать, теневое правительство, или, если точнее, неких управляющих, которые фактически руководят государством. Но, конечно же, вам я рассказывать подробности не буду, достаточно самого факта. Мы, то есть, я, Сергей Вронский, Валерий Кустов и Владимир Сафонов, сотрудники КГБ, точнее, секретного подразделения Минобороны под кодовым названием в/ч №10003 – мы не удивились тому, что произошел перенос вашего сознания из будущего в прошлое. С точки зрения квантовой физики такой процесс теоретически возможен. Так что в данном случае практика подтвердила теорию. Но сейчас не об этом.
Вронский посмотрел на генерала, то кивнул.
– Итак, мы приняли ваше появление, как некую константу и стали строить дальнейшие планы с учетом новых возможностей. А организация, о которой я упомянул, носит кодовое название «Комитет государственного контроля». Мы, члены этой организации, выполняем задания не только нашего непосредственного руководства, – Вронский сделал кивок в сторону Леонова, – но и руководства «Комитета». Точнее, не руководства, а… Как бы это выразиться? В общем, в Комитете нет главных, нет руководителей – для решения какой-то проблемы собирается кворум из специалистов, хорошо понимающих эту проблему и профессионально разбирающихся в методах ее решения. Так вот, с вашим появлением наша задача упрощается. Мы теперь точно будем знать, что, а главное – где конкретно произошли необратимые изменения. И кто конкретно в этом принимал участие. После чего, опять же, с вашей помощью, станем более четко корректировать нынешнюю реальность. Чтобы не допустить того, что стало вашей реальностью.
– Подождите, но если вы… мы сейчас изменим эту реальность, то нашей реальности просто не будет? – снова не выдержал Уткин.
– Да, интересная теория, но, похоже, практика скажется и на нас, – поддержал его молчавший до этого Иван Громов.
Вронский снял очки, прищурился и с интересом осмотрел всех «попаданцев». Кёсиро Токугава, Михаил Филькенштейн и Максим Зверев молчали. Японец просто принимал все, как должное, Филин сразу согласился на любые действия, а Максим…
В этот момент Вронский произнес его имя.
– У нас есть подтверждение теории изменения реальности, которое произвел ваш, так сказать, коллега, Максим Зверев. Похоже, только он из всей вашей компании имеет возможность перемещаться обратно. Что и доказал совершенно недавно. Максим, хочешь рассказать?
Макс посмотрел на экстрасенса и покачал головой.
– Нет, Сергей Алексеевич, Вы уж сами расскажите… Я еще не во всем разобрался…
Вронский улыбнулся.
– Понятно. Кстати, твое последнее перемещение в другое время моими коллегами, Валерий Валентиновичем и Владимиром Ивановичем, не было зафиксировано. Так что твой рассказ о попадании в себя восемнадцатилетнего требует отдельного изучения. Но сейчас не об этом. Итак, друзья мои, Максим Зверев попал обратно, в свое, так сказать, время, точнее, в 2016 год. И знаете, что увидел?