А потом, за одним из поворотов, он чуть отстал. И по делом этим топтунам и Анастасу. Нечего за мной следить. Со мной нужно честно бизнес вести, даже если я и сам жульничаю.
А потом прошло еще два дня, за которые я успел выучить Константинополь, когда пришли очень интересные сообщения, ну и приглашения…
Глава 17
Константинополь.
2 апреля 531 года.
— Удалось что-нибудь узнать? — спросил я у Славмира, когда вернулся со встречи с купцом Анастаса.
— Суникаса-гунна здесь нет. Сказывают, что он отправился в степную часть Фракии, чтобы там собирать новый отряд. По всему видать, что пойдут они на нас ближе к лету, — выдал Славмир. — По всему видно, что собирается повторить к лету набег.
Я прямо наклонился в его сторону, чтобы получше рассмотреть этого рыжего гения. Нет, правда, он такой, быстро схватывающий на лету, с восприимчивым умом! Я поражаюсь. Признаться, за свою жизнь более сообразительных подростков я ещё не встречал. Может это потому, что нет мусора в головах нынешних людей?
Славмир, конечно, сохраняет ещё некоторую детскую непосредственность, чуть более нужного отдаётся во власть эмоциям. Но чем дольше я держу этого человечка при себе и учу, тем больше он становится не просто рыжеволосым мальчишкой, плетущимся за мной.
Думаю, да почти что уверен, что он скоро, лет так через пять-семь, станет неплохим наставником для моих детей. А для этого, я должен и сам без оговорок и качественно обучать Славмира.
— Всё правильно ты узнал. Хотя я и не давал тебе задания выяснить о намерениях гуннов, но хвалю тебя за это. Главное, чтобы никто не видел тебя, не принял за разведчика, — сказал я.
— А я с гуннами и не говорил. Если греческий я ещё где-то понимаю, то по-гуннски не разговариваю. Но я говорил с венетами, их Суникас звал с собой в набег. По всему видимо, гунны обеспокоены твоими делами и что у нас войско есть, союзников ищут, — сказал рыжий хитрец и прищурил глаза, уже догадываясь, что именно я спрошу в следующем разговоре.
— Давай, говори, рыжий прохвост. Ты же знаешь, что я сейчас у тебя спрошу, — усмехнулся я.
— Я не только про венетов хотел тебе сказать, но и про гепидов и даже лангобардов. Ты ведь говорил о том, что воины нам нужны, — произнёс Славмир. — Они не хотят идти в набеги на нас, гепиды и венеды, точно. Мы же соседи, начнется большая война. Но вот с нами быть… Они же гуннов не любят.
У меня складывалось убеждение, что я говорю не с парнишкой лет тринадцати-четырнадцати. Хотя, по всей видимости, в этом времени взрослеют куда быстрее. Ощущение, что беседую с мудрым мужиком, который прекрасно понимает нужды нашей строящейся державы и работает в правильном направлении.
Действительно, одна из целей, которую я преследовал, когда всё‑таки решился не в самый спокойный час отправиться в Константинополь, — наёмники. После такой большой войны, как с персами, с которыми вроде бы временно замирились, всегда оказывается, что очень много воинов выброшены на обочину. Тем более, когда в своих общинах им прокормиться не так‑то легко. Ведь хозяйство везде развито примерно одинаково — настолько, что лишний рот как нож в спину, даже если у этого рта в сумке звенит звонкая монета.
Так это у племен, которые захватили часть бывшей Римской империи. Содержание войска — это очень серьезная нагрузка на экономику. И если уж отряд ушел воевать, то по возвращению домой может узнать, что свято место не пустует и кормить их, пусть всех таких героических, общины не будут.
Особенно это актуально прямо сейчас, когда, судя по всему, возникает продовольственный кризис. Уже сейчас цены на продукты в Константинополе, как и в других городах империи выросли больше, чем это бывает в межсезонье, когда старый урожай почти съеден, а новый только начинает высаживаться.
Конечно, война даёт о себе знать: когда воины‑нахлебники, которых надо было кормить, возвращаются, да ещё и с немалым прибытком, ведь многие награбили в этой войне немалые богатства, случается рост цен. Вот и сейчас наёмники Велизария, оказавшиеся не у дел, должны понимать, что если они вернутся в свои фемы, то могут там голодать, даже имея золото.
— Не сейчас, но через два дня нужно дать клич всем наёмникам, что я готов с ними разговаривать и что платить буду не только звонкой монетой, но и продовольствием, — дал я новое задание Славмиру.
И это уже было задачей для взрослого человека. Посмотрим, будут ли с ним разговаривать серьёзные мужики, которые уже проявили себя на полях сражений. Впрочем, меня должны знать. А Славмир умеет быть таким въедливым, что с ним порой лучше поговорить, чем прогнать.
— Теперь ешь и отдыхай, — указал я Славмиру на стол, заваленный едой.
Да, словно мы из голодающего Поволжья прибыли: за большие деньги покупаем еду, будто стремимся наесться на год вперёд. Но уж в этом я своих людей не ограничиваю. У меня и моряки от пуза едят.
— Позволь мне женщину заказать, — смущённо, покрывшись красной краской, спросил меня Славмир.
— Давай без этого, — сказал я, однако тут же добавил: — Или… чтобы только я об этом не знал.
Да, прекрасно понимаю, что он подросток, но при этом не из времени, откуда я прибыл в этот мир. Тут мораль совсем иная. И мужиком считается тот, кто либо умеет землю пахать, ну или копье в руках держать. И то и другое Славмир умеет.
Да и помню себя в четырнадцать лет, когда… Да уж… А далеко ли я сам отошёл в этом новом теле от пубертатного подростка? И все равно… Знать не желаю. Грязно же это, с продажными женщинами! Видел я их и тут, в Константинополе. Даная говорила, что в столице жрицы любви чистые, не отличишь от благородной. Ошибалась подруга.
Кстати, как там она? Ее сын? Отношусь, как к сестре. Еще бы и мужа ей найти. А то уже с тремя пробовала Даная общаться, да все никак. Впрочем, беременная же была и могла лишь с мужиками разговаривать. А мы, мужчины, как раз много разговоров и не любим.
На следующий день, когда я уже собирался узнавать, как лучше самим начать торговлю, прибыли люди от Анастаса. Я послал Пирогоста, чтобы он отдал им на реализацию ровно половину нашего товара. Судя по всему, грек будет торговать честно и мне получится хорошо заработать.
Не только потому не стоит думать об обмане в торговых делах, что я после откажусь от услуг Анастаса. Ну если он жульничать начнет. А по политическим вопросам. Я должен был заинтересовать власть имущих в Царьграде. Справки еще навели. А то, что я болгар разбил, тут знают. Так что ко мне в доверие втираться нужно. А это без честности не получится сделать.