Колонист. (Сборник): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Извини, приятель. Я сержант Култер. Нам нужно разобраться в этом деле, ты, надеюсь, понимаешь? — А затем, смерив соседа Джеффа суровым взглядом, продолжал: — По нашим данным, около двухсот гравиружей украдено или потеряно членами охотничьих отрядов, побывавшими в Южных землях, или, если вы настаиваете на собственном названии, в Колонии. А кроме того, мы знаем, что здесь процветает нелегальная торговля оружием. — Он присел и отдернул угол одеяла, прикрывавшего тело отца Джеффа. — Ранение не пулевое!

— Естественно! — с возмущением проговорил сосед. — Бумердиск. Его могли швырнуть с пятидесяти ярдов, с того места, где мы видели следы квинов. А может быть, и нет. К нему подъехал один квин, а потом убрался восвояси. Если Адамс стоял спиной…

— Ладно, — тяжело вздохнув, перебил полицейский. — Вы были среди тех, кто нес его домой, когда вас заметили с патрульной машины?

— Точно. Мы уже выбрались из оврагов и шли через распаханное поле. Гравимобиль приблизился, повисел немного над нами, но крыша не открылась. Когда же мы стали показывать знаками, что нашли тело, он просто развернулся и улетел. Знаете, вы к нам не очень-то спешили!

— За последние четыре месяца четыре полицейских гравимобиля попали в засаду, — проворчал офицер. — Нам приказано соблюдать осторожность. Кроме того, все машины базы Кейн-Крик заняты, так что нам пришлось лететь из Сило. — Он помолчал немного. — Почему вы решили, что это дело рук джумблов?

— А кто еще может убить человека только ради того, чтобы забрать ружье? — сердито спросил сосед Джеффа. — Почему бы вам не отправиться в овраги и не поискать там банду, вместо того чтобы стоять тут и задавать вопросы? Вполне возможно, что вчера ночью они напали еще на полдюжины городов!

— Две машины, специально оборудованные для подобных заданий, в настоящий момент облетают район оврагов, — ответил Култер. — Джумблы действительно напали на несколько стоящих в стороне ферм, но не более того. Они никого не убили, только забрали продукты и одежду. Патрульная машина, которую вы встретили по пути в город, уже там побывала. — Полицейский снова повернулся к Джеффу: — А теперь извини, молодой человек, мне нужно записать кое-какие имена и факты.

ГЛАВА 2

Джефф лежал, прижавшись к краю скалы. Когда он вглядывался вниз в предрассветные сумерки, окутавшие овраги, видна была только его голова. Он, конечно, сомневался, что джумблы остались в этих краях, но тем не менее собирался соблюдать осторожность и понапрасну не высовываться.

События вчерашнего дня остались у него в памяти как сплошное черное пятно — неожиданное потрясение, когда он узнал о смерти отца, разговор с полицейскими, простые похороны на песчаном кладбище, расположенном к югу от Кули-Хед, переезд матери к его замужней сестре…

Джефф ненавидел себя за то, что солгал матери, пообещав ей не ходить в овраги, но считал, что другого выхода у него нет. Некоторое время он лежал и с беспокойством думал о ней. Полицейские пообещали прислать доктора, который ее осмотрит, но Джефф не очень верил в то, что они сдержат слово. Теоретически правительство Внутриземелья открывало в Колонии пункты первой помощи (так же, как и в самом Внутриземелье, будто бы там в них имелась какая-то необходимость), однако теория частенько расходилась с практикой. В особенности в последнее время, когда на территории Колонии постоянно случались всяческие неприятности.

Взять, к примеру, джумблов, которые покидают свои насиженные места на юге и нападают на поселения, находящиеся в непосредственной близости от Барьера. Кроме того, Джеффу совсем не хотелось принимать помощь Внутриземелья, как, впрочем, и своих соседей. Им с отцом всегда удавалось самим платить за лекарства для матери, хотя получить настоящие деньги в Колонии далеко не просто.

Джефф прижался щекой к шершавому камню и принялся вглядываться в северный горизонт. Отсюда он отлично видел поросшие деревьями овраги, а за ними багряное сияние, заливавшее вершину Барьера. На сотни миль к востоку и западу раскинулись поля, такие же, как и те, что окружали Кули-Хед, — пропеченная солнцем сухая земля.

На здешнем песке не приживаются земные растения; впрочем, местные тоже не особенно стремятся тут поселиться, если не считать, конечно, серо-коричневой травы, жалкие кустики которой тут и там виднеются среди оврагов. Однако всего в нескольких сотнях ярдов к северу от Барьера — во Внутриземелье — начинаются поля зерновых, иные из них остаются зелеными даже в жаркое время года, как сейчас, ведь за ними ухаживают автоматические поливальные машины.

Можно прислониться к Барьеру и увидеть, как гравицистерны медленно скользят над покрытыми роскошной яркой зеленью полями. Невидимое и непроницаемое силовое поле не причинит тебе никакого вреда, даже если ты налетишь на него со всего размаха. Иногда удается заметить машину, управляемую человеком, — такие обычно контролируют работу автоматов, а порой водители, заметив мальчишку-колониста, стоящего у Барьера, машут ему рукой.

Сколько раз ты мечтал о том, что станешь гражданином Внутриземелья, и пытался найти ответ на мучивший тебя вопрос — какие страшные преступления совершили твои предки, если их сослали в Колонию? Тебе никто не мешал представить себе космический корабль с людьми на борту, сделавший здесь остановку во время своего бесконечного странствия по звездам… и другие миры, если они вообще есть, на которых корабль побывал с тех пор… А еще ты много думал о том, какая она — Земля, планета, где все началось, где появилось на свет человечество. Конечно, существовало множество старых книг, но в них содержалось лишь туманное и совершенно непонятное представление о планете Земля…

Впрочем, мальчишка из Колонии не имел никакого права простаивать часами возле Барьера и размышлять о прошлом или будущем — здесь нужно было много работать, чтобы не умереть от голода. Конечно, ты мог гордиться тем, что сам себя содержишь и используешь собственную голову и руки для того, чтобы прокормить семью.

Джефф почувствовал укол совести от того, что вот он лежит тут и тратит время попусту — чего никак не может себе позволить, — и снова обратил все свое внимание на овраги.

Уже рассвело, и юноша различал широкую полосу леса однолистов, тянувшегося по восточному краю оврагов. Он видел низкие кустарники, растущие тут и там среди чахлой травы. Узкое ущелье — змеящаяся линия тени между полем и лесом — через несколько миль превращается в реку Кули в том месте, где в нее вливаются воды реки Кейн.

Горы на востоке, около тысячи футов практически вертикальных скал, возникших во времена, когда влажность была значительно выше, все еще окутывала ночная тьма, но Джефф разглядел лощины, прорезавшие их, точно острым ножом. Теперь даже зимой в лощинах не найдешь воды.

Овраги находились примерно в трех четвертях мили отсюда, а еще Джефф слышал о том, что дальше на север когда-то было древнее море.

Он снова подумал о Земле с ее многочисленными континентами — так говорилось в книгах. На Люцерне один-единственный континент, длиной в четыре тысячи миль и шириной около трех тысяч миль, по форме отдаленно напоминающий овал. Всего несколько небольших островов и океан, по-прежнему бесконечный, несмотря на то что с годами он лишился части своей воды.

Естественно, сезоны дождей, благодаря которым и родились нынешние, поросшие лесами овраги, давно остались в прошлом. Но время от времени дожди все-таки шли, поскольку на территории Колонии имелись достаточно высокие горы, и на их вершинах скапливалась влага. Знатоки утверждали, будто примерно в трехстах милях к югу отсюда, там, где находятся Джумбли, иногда даже выпадает снег. Джефф никогда снега не видел. Специалисты рассказывали, что во Внутриземелье, в состав которого входила самая плодородная треть континента, дождей всегда достаточно. Разумеется, не в районе Барьера, а намного севернее.

Никакого движения среди оврагов Джефф не заметил и потому тихонько отполз от края скалы, поднялся на ноги и поспешил спуститься вниз.

Спуск оказался тяжелым, и у юноши заболели ноги. Он остановился возле огромного валуна, цвета ржавчины, у входа в боковую лощину и принялся вглядываться в залитые солнцем заросли коричневой травы. Чуть приторный запах, поднимающийся со дна оврагов, чувствовался сейчас особенно остро, ведь солнце уже вступило в свои права. Птички сквит с тонкими, словно бумага, крыльями и начисто лишенные перьев метались над травой и, пронзительно вереща, охотились за насекомыми.

Джефф заметил двух диких кроликов (чьи предки когда-то прибыли сюда с Земли); зверьки забрались в низкорослый кустарник, чтобы полакомиться серыми листьями. Они вели себя совершенно спокойно, следовательно, поблизости нет никаких крупных живых существ — кролики способны видеть во всех направлениях, поскольку глаза у них находятся на противоположных сторонах головы. Тем не менее Джефф старался двигаться, соблюдая максимальную осторожность, поскольку враг мог прятаться среди однолистов на краю ущелья. Например, хищник с гладкой серой шкурой, отдаленно напоминающий собаку, которого называют овражным волком!.. Юноша зажал в правой руке метатель бумердисков, приготовившись защищать свою жизнь.

Однако он так и не увидел никаких четвероногих животных, кроме кроликов и нескольких местных грызунов примерно такого же размера, только с более короткими лапами и круглыми ушками. Джефф решил, что все в порядке, и, повинуясь импульсу, отвел назад правую руку, чтобы швырнуть бумердиск в одного из кроликов, у которых, как он знал, очень вкусное мясо. Но в следующее мгновение, вспомнив рану на виске отца, опустил руку. Сегодня ему никого не хотелось убивать — даже животное — при помощи диска.

Да и вообще, чтобы попасть в кролика, прежде чем он успеет пуститься наутек, нужно очень хитро закрутить диск — тот должен по дуге облететь куст или валун, иначе зверек заметит его приближение.

Джефф прошел уже около мили от того места, где спустился в овраги. Он перебрался через ущелье и теперь шагал по опушке леса. Отсюда юноша видел все окрестности, но ничего такого, что могло бы вызвать у него беспокойство, пока не происходило. Кроме местных птиц, Джефф заметил несколько воробьев, чьи предки явно родились на Земле, парочку кроликов и грызунов — и никаких хищников.

И вот, забыв об осторожности, он замер в нескольких ярдах от поваленного однолиста… Следы от топора у основания сорокафутового ствола еще казались свежими. Наверное, это то самое дерево, над которым вчера утром трудился его отец.