И все это он произносит на фоне долбящей из-за турбазы музыки. Это какой-то пиздец. Где-то там орут и прыгают подростки, а здесь разворачивается настоящая драма, потому что фраза: «Должны успеть», все-таки оставляет какой-то процентам шансам на то, что не успеют.
Скот в руках Дана, наконец, обмяк, и только после этого Каримова аккуратно оттащили. Рожа у Каримова завтра распухнет. Да и у меня, походу, тоже. Мне еще бы пару ребер сфотографировать… На руке вдруг начинает ощущаться порез. Сука, реально не заметил. Надо было оставаться в косухе.
К битому Дану подлетает Ритка, он, слегка покачиваясь, молча прижимает ревущую идиотку к себе. В его руках она оглядывается на меня и одними губами шепчет: «Спасибо!».
Я сейчас не в силах проводить воспитательную беседу на тему, хочешь поехать на фест – скажи брату, он отвезет. Думаю, она теперь вообще ни к кому в машину не сядет.
Все. Похуй на все.
Я сажусь прямо в пыль на асфальт. Потом тачку на мойку отгоню. Меня все равно повозили по пыли.
Чего-то я притомился. Тяжело быть мушкетером.
Поэтому, как рядом со мной шуршат шины, и останавливается какая-то тачки, я даже не двигаюсь с места. Не трамвай, объедет. Только поднимаю голову посмотреть.
Хренасе. Кажется, я это авточудовище видел в городе. Еще прикидывал, кто может водить этот полу-бтр.
Из него легко выпрыгивает натуральный викинг.
Только топора не хватает.
Пружиня он подходит к парню в отключке, не церемонясь переворачивает его ногой на спину.
Это, походу, тот Лютый.
У меня щелкает. Макс Лютаев.
Злорадство во мне усиливается до неимоверных масштабов.
Вам пизда, гаденыши.
Увидев, что падла не реагирует, Макс теряет к нему интерес, и переходит ко второму. И кажется, он его знает.
Аккуратно поддернув джинсы, Лютый садится перед нытиком со сломанной ногой и ласково спрашивает:
– Знаешь в чем сила, брат? В правде, – со злой усмешкой цитирует он.
– А ты знаешь, что мой отец со всеми вами сделает? – брызгая слюной верещит мразь, когда Макс поднявшись слегка наступает ему на перелом.
– Ничего. Ничего он мне не сделает, – светло улыбается Лютый, я становится понятно, что он реально страшный человек, которому не стоит переходить дорогу.
Щелчок пальцами, и рядом с ним вырастают несколько амбалов.
Мля, группа захвата.
И это явно не люди дяди.
То есть у них развязаны руки.
– Прочесать турбазу. Ищем все. Схрон, доказательства, людей, свидетелей, проверяем камеры, – командует он.
Мужики молча двигают на территорию.
На вид у них не с собой оружия, но я бы им на пути не попадался.
Лютаев оглядывается на меня:
– Ты все им сказал? Или мне еще подождать?