Медицинские книги:
УЧЕБНИК ХИРУРГИИ ПО ИЛИЗАРОВСКОМУ МЕТОДУ ИСПРАВЛЕНИЯ И УДЛИНЕНИЯ КОСТЕЙ (четыре издания в Америке, России, Бразилии и Индии)
Роман — история:
ЕВРЕЙСКАЯ САГА:
СЕМЬЯ БЕРГ (книга первая)
ЧАША СТРАДАНИЯ (книга вторая)
КРУШЕНИЕ НАДЕЖД (книга третья)
ЭТО АМЕРИКА (книга четвертая)
Краткое содержание предыдущих томов
Жизнь и судьбы евреев в Советской России стали эпопеей многолетней борьбы за отстаивание равных прав, против укоренившегося традиционного русского антисемитизма. В первых трех томах романа — истории «Еврейская сага» («Семья Берг», «Чаша страдания» и «Крушение надежд») повествуется о том, как отражались эти события на жизни семьи обрусевших евреев Берг: Павла, Марии и их дочери Лили. Они оказались в центре этих событий, которые разворачивались на протяжении семидесяти лет советской власти и после ее падения. Читателям представляется широкое полотно этой недавней бурной эпохи. Все описания основаны на истинных фактах, историческая обстановка и большинство персонажей — реальны.
В этом последнем, четвертом томе рассказывается о судьбах ранних эмигрантов из Советской России в Америку и частично в Израиль; о том, как они приспосабливались к жизни в совершенно новых для них условиях.
Часть первая БЕЖЕНЦЫ
1. Свадьба в Чистополе
В дверь квартиры Павла и Августы Берг позвонили:
— Примите телеграмму.
Павел расписался в получении, дал почтальонше 20 копеек «на чай», развернул телеграфный бланк и прочитал: «Дорогие дядя Павел тетя Авочка мы Надей рады сообщить нашу свадьбу накануне нового года ждем вас Лилю Алешу праздновать привезите кофе если достанете Саша». Павел заулыбался: его племянник Саша Фисатов сообщал о своей запоздалой свадьбе. Надю он встретил в 1941 году, но война тут же разлучила их, они потеряли друг друга на тридцать четыре года. И вот сейчас, уже в возрасте, встретились вновь и решили соединить свои судьбы[1].
Шаркающей стариковской походкой Павел поспешил к жене:
— Авочка, Авочка, Саша женится! Приглашает нас на свадьбу в Чистополь.
Августа всплеснула руками, воскликнула:
— Как я рада за них обоих! Но, Павлик, как же мы можем ехать — с твоим здоровьем?
— Я не понимаю, что такое с моим здоровьем? — пробурчал Павел.
В свои семьдесят пять он стал раздражительным, не любил, когда его считали слабым или больным. Августа об этом знала и пропустила его ворчание мимо ушей.
— Как жалко, что эта радостная новость пришла в такое грустное время. Я совсем не могу радоваться, ведь дети уезжают. Ах, как же все отчаянно грустно!..
Она говорила, а Павел кивал в такт ее словам. КГБ грозило выслать из страны ее сына, поэта Алешу Гинзбурга. А его жена Лиля в отчаянии решила подать заявление на эмиграцию, чтобы соединиться с ним в Европе и потом вместе ехать в Америку.
Павел помолчал, потом добавил:
— Саша еще просит привезти им кофе, если достанем.
— Кофе? Надо обязательно достать. Только где? Он совершенно исчез с прилавков, не продают ни в зернах, ни растворимый.
— Надо попросить Моню Генделя, он все может достать, — сказал Павел.
Лиля с Алешей смогли зайти к родителям только поздно вечером. Лиля задержалась в больнице на тяжелой операции, а Алеша с Моней Генделем разъезжал по Москве из-за одного необычного дела. Моня, верный друг, сказал ему:
— Старик, для жизни за границей нужны деньги. Вывозить их эмигрантам запрещено. Да русские рубли там ни хрена и не стоят, а наша говенная власть обменивает всего по сто долларов на человека. Надо быть мудаком, чтобы оставлять свои деньги этой блядской стране.
[1] Рассказ о встрече Саши с Надей читайте во 2–м томе «Чаша страдания», о том, как они нашли друг друга, — в 3–м томе «Крушение надежд».