— Обращайся, — сказала моя волчица.
— Сначала мне нужно открыть эти двери.
Я поставила ноги посередине дверей, там, где, как я представляла, должны быть ручки, и затем ударила ногой. Двери загремели, и я услышала приглушенные голоса мужчин, стоявших впереди.
— Хочешь немного помочь, сестренка? — Спросила я свою волчицу, готовясь к следующему пинку.
С безмолвной молитвой я ударила ногой еще раз и услышала металлический скрежет в двери. Адреналин захлестнул меня, и я начала пинать двери как сумасшедшая.
Наконец, что-то щелкнуло, и они распахнулись.
Черт, сработало!
Пара фар ослепила меня, но я успела подпереть двери ногами, когда они отскочили назад. Они продолжали раскачиваться, и я, должно быть, сломала механизм, который их закрывал, потому что они больше не оставались закрытыми, что было одновременно милосердием и занозой в заднице.
Я прищурила глаза на автомобиль, который следовал совсем рядом. Он ускорился, и его фары переключились на ходовые огни. Именно тогда я узнала грузовик Джексона.
Они следили за мной.
Сэм сидела на пассажирском сиденье, а Джексон вел машину с убийственным выражением лица.
Фургон набрал скорость, и я взглянула на размытое пятно асфальта между вращающимися дверцами.
Черт.
Мы, должно быть, ехали на скорости шестьдесят. Что будет со мной, если я спрыгну на дорогу с такой скоростью? Конечно, технически у меня были целительные способности, но только в том случае, если я не сверну себе шею.
Фургон сделал поворот слишком резко. Мое плечо и голова снова врезались в стену, и я застонала. Тот факт, что я не исцелялась, указывал на то, что мои оковы были магическими. Вот и вся надежда на превращение.
И все же мне нужно было освободиться от наручников, чтобы я могла за что-нибудь ухватиться. Потенциально я могла бы призвать Нож Души, но попытка использовать его в виляющем фургоне казалась отличным способом перерезать себе запястье или случайно отрезать кусок своей души.
Я перекатилась на бок и вывернула руки. Вскрикнув от боли и хрустнув плечом, я подсунула связанные запястья под задницу. Затем я откинулась назад, свернувшись калачиком, чтобы обхватить ими кончики своих ступней.
Мое плечо ныло, наручники впивались в запястья, но, по крайней мере, мои руки были передо мной. Этого должно было хватить.
Я встала и поспешила к открытой двери, где присела на корточки и жестом приказала Джексону ускориться.
— Я собираюсь прыгнуть!
Я увидела, как шевельнулись его губы, и предположила, что он говорит:
— Ты с ума сошла?
— Сделай это! — Я закричала, хотя сомневалась, что он мог услышать.
Грузовик набрал скорость, но фургон снова вильнул, и мне пришлось изо всех сил вцепиться в поручень связанными руками.
Когда мы выровнялись, Джексон нажал на газ и с ревом рванул вперед. Распахивающиеся двери фургона с лязгом хлопнули по его капоту, и я прыгнула.
Я приземлилась на капот с громким стуком, страх сковал мне грудь, когда я схватилась руками за щель под лобовым стеклом.
Джексон начал сбрасывать скорость, но фургон ударил по тормозам, и нам пришлось объезжать его.
Я цеплялась пальцами, но моя хватка ослабла, и я слетела с капота.
Все происходило как в замедленной съемке.
Боль пронзила мое тело, когда я ударилась о тротуар и упала на бордюр.