Сегодня целый день на границе все пытались восстанавливать строения. Госпиталь был большей частью разрушен, но в неразрушенной части Грегор уже организовал палаты и отправил туда раненых. Большей частью это оставшиеся в живых заключенные.
Тюрьма полностью разрушена, от неё остались только задняя стена и часть первого сгоревшего этажа.
Казарма с комнатами для воинов и персонала границы разрушена наполовину. В некоторые комнаты даже можно было войти. Моя комната на верхнем этаже, как ни странно, уцелела, но лестница разрушена, и туда все равно не попасть.
Королевская семья ушла в уцелевший странным образом большой дом Рочестера Даллау.
В некоторых местах удалось восстановить палатки драконьего лагеря, но в основном ставятся новые, подвозимые с обозами.
Драконы, ранее прилетевшие сюда на защиту отовсюду, не торопились возвращаться в свои земли. Помогали здесь.
На границе шла расчистка территории. Хоронили погибших, заботились о раненых, о восстановлении всех структур.
Небольшие дома на склоне для населения частью были разрушены, частью сохранились. Уцелел, к счастью, небольшой дом Дэба, и он сразу после отъезда дикобразиков определил всю нашу компанию туда.
И вот теперь Барт с Дэбом занесли Бертрана в дом, и я лечу его рану голубым свечением от ладоней.
Преодолевая внутреннюю панику и боль от сознания беды, случившейся с моими близкими людьми. С сыном и с мужем.
Да, с мужем. Я именно так чувствую и ощущаю теперь Маркуса. Он мне муж, любимый.
Все недопонимания и распри в прошлом.
— Джеральд со своим отрядом вылетели на поиски Маркуса, — негромко говорит Дэб.
Я киваю сквозь слезы.
На улице уже поздний вечер, вот кого они ночью смогут найти в горах, большой вопрос.
— Мы утром с драканами тоже выйдем на поиски, — продолжает Дэб, — не переживай так, Лара, найдём мы твоих.
— Там молока в дорогу в бутылочку сцежено было совсем немного, — делюсь я своими опасениями, — ему же пить молоко надо.
Дэб понимающе кивает. Уже больше двух суток, как мой сынок без мамы, без необходимой еды.
И это сейчас для меня важнее прошедшей битвы.
До глубокой ночи мы с Бартом хлопочем над Бертраном. Барт старается во всем помочь, всем обеспечить.
Дэб уходил проверять посты, привёл Ворона во дворик, позаботился об ужине.
Приходил лекарь Грегор, печально осмотрел глубокую рану на голове.
Я его понимала, рана на голове — это не пулю из ноги вытащить.
— Здесь только магия может помочь, — говорит он, — твоя магия, Лара.
Тем не менее, он сделал некоторые отвары, облегчающие боли.
А я держу над головой ладони. Другого лечения тут не дать.
Приходили Мэлли и девушка Джеральда. Сразу подключились, тоже долго участвовали в лечении.
У нас у всех трех есть эта голубая магия в ладонях.
— Мы прямо с вами “Сила трех”¹ — вспоминаю я с улыбкой знаменитую фразу из своего мира.
Девушки непроизвольно понимающе улыбаются. И мы потом внимательно и осторожно вглядываемся друг в друга.