Люся присела напротив него.
— Устал?
Иван приоткрыл глаз.
— Не больше тебя! Ужинать будешь?
— Буду! А что у тебя? — Люся не дождалась ответа, и резко обернулась. — Парнов! Ты был днем на Гоголевском двадцать пять?
— Ну, я, — отозвался Парнов. — А что?
— Я отвезла эту девчонку в «Медсантруд», ни фига там не придатки!
— Аппендюк? — признал свою ошибку Парнов.
— А чего сразу не отвез, если догадывался? — Люся грозно смотрела на фельдшера, — Я тащила уже с явным перитонитом!
— Она отказалась наотрез! — Парнов развел руками, — Ну, честно! Я предлагал.
Иван слушал перепалку Люси с Парновым. Он разогрел сковородку и выложил на нее макароны с отварными куриными ногами.
Люся показала Парнову кулак.
— Это залет, Вадимчик! Старший наверняка доложит ЮАНу. Ко мне, пожалуйста, никаких претензий! — Люся говорила беззлобно, но жестко, — повелся на сопли девочки, теперь получи по заднице! А лучше сам к нему сходи и покайся. Может быть, простит.
— Никогда. — Отверг предложение Люси Парнов, не понятно, что имея ввиду, то ли он никогда не пойдет каяться и просить прощения, то ли ЮАН никогда его не простит.
Иван поставил на разделочной доске перед Люсей сковороду.
— Ваня, я мучное на ночь не ем! — Люся еще не вышла из образа строгой учительницы, и от этого выглядела особенно комично, — Вот, заберу две эти ноги, и ешь остальное сам!
Врачи не вмешивались, только Плехов, заметивший в коридоре своего фельдшера Лену, поднялся и, проходя мимо Парнова, похлопал того по плечу.
— Вазелинчик дать?
— Своего достаточно, — буркнул Парнов. — Как я это ненавижу!
Он явно расстроился, потому что, прервав разговор с Поляковой, ушел на улицу — курить.
— Что с ним?
— Накосячил, — ответила Люся, отделяя мясо от куриной косточки, — теперь ЮАН его оштрафует.
— Как оштрафует?
— Не знаю. Что-нибудь придумает.
— А как он обычно штрафует?
— Ну, может заставить санитарить, может… — Люся задумалась, и Иван почувствовал, что она лихорадочно придумывает, чтобы соврать.
— Люсь, я сегодня Ма Бейкер обслуживал, — негромко произнес он, — давай на чистоту. А?
— Я тебе потом расскажу, как он штрафует. — Люся опять уткнулась в тарелку.
Иван наклонился к ее уху.
— Сексом, что ли?