Выхожу из машины и иду к себе в квартиру. Не оборачиваюсь, чтобы не столкнуться с его суровым взглядом. Здравый мозг повторяет, что он говорит правду. И надо только приложить чуть усилий, чтобы принять ее. Но я уперлась, знаю, что не права. Но не могу я перешагнуть через себя, и согласиться.
Открываю дверь, и в нос тут же ударяет едкий запах мокрой штукатурки с примесью кисло-горького запаха. В животе что-то скрутилось. Прохожу в кухню, где на полу, еще стоят лужи, уже остывшей воды. Шлепанцы скользят по линолеуму.
Прохожу в комнату, а там картина не лучше. Ковер, надутый, как губка, лежит и, если наступить на него. Уверена, он начнет чавкать. Я понимаю, что не смогу его сдвинуть с места, при все моем желании. Рабочий стол и стул, провода на полу. Все мокрое. Мои вещи ворохом упали на пол, когда я доставала полотенца. И теперь все, что у меня есть из сухого и чистого, это то, что на мне. Прикрываю глаза, так как их начинает щипать от влажного воздуха.
Как я могу тут жить, если даже за пять минут, что я тут, меня начинает тошнить. Снова у меня опускаются руки. Я не знаю, что мне делать. Потратить все на ремонт и съем нового жилья? И то, я даже не уверена, что мне на все хватит. А сосед снизу?
Выдыхаю вслух и следом закрываю лицо ладонями. В висках больно пульсирует. Тупая боль переходит на затылочную часть. Как справиться со всем, и не сойти с ума?
Я готова биться головой об стену, если при этом появится намек на решение моих проблем. В пояснице расходится жаром боль. От которой по ногам проходит судорога. Перехватывает дыхание, и я забываю о своих мыслях.
Хмурюсь и прислушиваюсь к себе. Все внимания только на себя.
Будто сам малыш привлекает к себе внимания. Напоминая, что я не одна. И нужно делать так, чтобы нам было комфортно. Забыть уже старые обиды, упрямство и принципы.
Принять взрослое решение, и согласиться.
Но как же это сложно. Снова попадать под заботу и начать доверять.
Я могу все сделать сама. Могу. Но только какой ценой?
Тяжело мне стоило все принять. И сделать правильный выбор на данный момент.
Выйдя из подъезда, вижу, что машина Лени все также стоит на том месте. Он стоит рядом, будто только меня и ждал. Сжимаю кулаки на секунду. Пока ногти больно не вонзаются в ладони. Напоминаю себе, что это не ради меня.
Он отталкивается от капота и идет мне навстречу. По лицу сложно что-либо прочитать. Только прямой взгляд голубых глаз, от который не спрячешься. Внутри меня, при каждом его шаге, будто что-то напрягается и вибрирует. Протяжно, захватывая каждый мой нерв.
Подобно сделке, где внизу страницы, написано мелким шрифтом то, что в действительности я потеряю. Чем поплачусь за свое решение.
Он останавливается в полуметре от меня. Руки в карманах, взгляд из-под светлых ресниц. От того милого мальчика из моего детства ничего не осталось. Только голый расчет и выгода.
- Почему ты все еще здесь? – Знаю ответ, но все равно спрашиваю.
- Ждал.
- Думаешь, я передумала?
- Думаю, ты взвесила все и приняла правильное решение.
- Насчет правильности я не уверена. Но выбора у меня особо нет.
- Пусть так. – Пожимает плечами, давая понять, что спорить не будет. – Я предлагаю тебе свою помощь. Безвозмездно. Просто так. Считай по старой дружбе.
От его слов по коже проходит морозец. И на спине напрягаются мышцы. Вспомнилась сказка про волка в овечьей шкуре. Странная аналогия, но это лучше, чем ночевать на улице.
- Что ты предлагаешь?
- Переезжай ко мне. – От удивления и наглости, я выпучиваю на него глаза. – Меня практически не бывает дома, у меня много командировок. На время, пока будут делать ремонт в твоей квартире. – Продолжает спокойно, будто и не предлагает нам съехаться. – Ты будешь спокойно готовиться к родам.
- А может…
- Отношения с беременными – это последнее, о чем я сейчас думаю.
Последняя ремарка, от которой больно кольнула под ребрами.
Его слова, будто гарант моей безопасности. Что он не надеется на то, что у нас, может, что-либо получится. Я обозначила свое к нему отношения еще в последний наш разговор. А сейчас он озвучил свое. И, видимо, окончательное.
Закусываю губу, сомнения разъедают меня изнутри.