Потому что знал: это меня убьет.
Я откинула голову назад, делая глубокие обжигающие вдохи.
— Дело даже не в том, как Колис доберется до углей, — процедил Эш. — Я догадывался, что есть другой путь.
Нет, другого пути не существует.
Я смахнула слезы и опустила голову.
— И мы пришли сюда, чтобы научиться перемещать угли, теперь все понятно.
Он промолчал, а воздух стал разреженным и холодным. На землю упало несколько сосновых иголок.
У меня бешено застучало сердце, а в горле пересохло.
— Другого варианта нет. Мы не можем кому— то другому позволить узнать об углях и отдать их.
Он повернулся ко мне и серьезно посмотрел мне в глаза.
— Должен быть другой путь. Может, Звезда…
— Где мы ее найдем? Ты знаешь, где Колис хранит камень? Знаешь того, кто расскажет нам об этом? Нет. И даже если мы сможем отыскать Звезду, ты слышал слова Дельфая. Слишком поздно. Угли слились со мной. Их удаление прикончит меня в любом случае, а я… я не хочу умирать.
— Рад наконец— то это услышать.
Я пропустила мимо ушей этот комментарий.
— Я хочу будущего. Хочу жить. Хочу прожить такую жизнь, где я смогу выбирать свое будущее. Я хочу, чтобы мы были вместе, — прошептала я. — Но мне нужно будущее, в котором мы одолеем Колиса. Илизиум и царство смертных, наконец, окажутся в безопасности. Вот что важно. И только это имеет значение.
— Нет, не только это имеет значение, Сера. — Глаза Эша сверкнули. — Ты. Не чертовы угли. Не гребаные царства. Только ты.
У меня перехватило дыхание, поэтому я прикрыла глаза, чтобы совладать с бурей эмоций. Я… я имею значение. Я. Но это все касается не только меня. Знаю. И он тоже.
— Другого пути нет. — Я вздрогнула и открыла глаза. — Я все понимаю. И в этом нет твоей вины.
Он отвернулся.
— Прекрати.
— Да, все именно так, — продолжила настаивать я. — Это неправильно и несправедливо, но ты знаешь, что должен делать, Эш.
— Хватит, — прорычал он, поворачиваясь ко мне. Эш сделал шаг вперед и приблизился вплотную. — Не называй меня так, когда говоришь о том, что я должен тебя убить.
Сознание захлестнула волна эмоций, которые сложно было понять. От этого сдавило в груди, а в горле будто застрял комок.
— Мне жаль.
— Ты сожалеешь? — рассмеялся он. — О, Судьбы, ты сожалеешь. Я прямо могу почувствовать вкус этих слов. Такие приторные, но с горчинкой. — Он недоверчиво покачал головой. — Ты испытываешь ко мне сочувствие, даже сострадание.
Я вдохнула и прижала правую ладонь к сердцу. Сочувствие и сострадание, да, именно это я и чувствовала.
— Ты не сделал ничего плохого.
— Как и ты.
— Как, черт возьми, ты вообще можешь так говорить? — завопил Эш настолько громко, что, несмотря на пройденное нами расстояние, нас все еще могли услышать. Но, однако, я сомневалась, что кто— то решит пойти в лес и проверить. — Потому что есть другой вариант. Я могу спасти тебя.
— Это не в твоих силах. — Я подняла руки и приложила ладони к его холодным щекам. Он попятился, но я не стала убирать руки. В его глазах были заметны сущность, злость и ярость. Я полной грудью вдохнула сосновый запах. — Даже если бы у тебя была твоя кардия, Эш, нет никаких гарантий, что ты меня полюбишь…