Твой номер один: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я говорю это громко, злобно, спрятав руки в карманы и не скрывая раздражения, а та только выше задирает идеальные брови, будто не верит моим словам. Поджимает губы, что-то собирается мне в ответ сказать… Это длится долгие три секунды, которые я отсчитываю про себя, ненавидя все живое на планете Земля, потому что от боли в запястье зубы сводит. После девчонка разворачивается и размашистым шагом уносится от меня прочь. А я специально ей вдогонку кричу, чтобы забрала в моем номере одежду для химчистки, в которой должен буду появиться на спонсорском мероприятии.

И наконец, слава богам, в которых я не особо верю, створки съезжаются, оставляя меня одного. Больше не нужно держать лицо, и я утыкаюсь лбом в зеркальную стену сбоку. Лифт уносит меня вверх больше чем на двадцать этажей, а я только сейчас понимаю, что не точно, но, кажется, слышал от девчонки что-то вроде «пошел на хрен, тупой ты придурок» в ответ.

Хотя, возможно, это всего лишь игра моего воображения. Потому что такие скромные куколки из обслуживающего персонала, что млеют перед знаменитостями, к которым я себя не причисляю, просто физически не могут грязно ругаться.

*Открытый чемпионат Австралии по теннису – один из четырех турниров Большого шлема, ныне проводящийся в австралийском городе Мельбурн.

**Молодой человек, обычно подросток, задача которого состоит в том, чтобы быстро поймать мяч и отдать его игрокам или судьям.

***Игра слов, основанная на фамилиях персонажей De Vil и Hollywell. Devil (пер. с англ) – дьявол. Holy (пер. с англ) – святой.

Глава 2

Анна

Алекс. Чертов хрен. Де Виль.

В жизни красивее, чем на фотках, даже с темными, как и его кудри, кругами под глазами. И намного хуже, чем пишут о нем в интернете.

Я не верила слухам, потому что сама не раз становилась жертвой желтой прессы. Обо мне тоже всякое выдумывали, пусть в сравнении с гадостями в адрес Де Виля это и невинный детский лепет. Мы как Канье Уэст и Тейлор Свифт в мире скандалов: я от них неплохо уклоняюсь, а Де Виль их сам плодит. И сегодня он впутал меня в свое дерьмо.

– Ань, ты куда так лупишь! – Мой тренер Патрисия Паскаль хмуро наблюдает за абьюзом теннисных мячей, который я устроила на одном из дальних кортов Мельбурна. – Голову включай. Тебе плечо надо беречь, а ты…

Сейчас она похожа на состарившуюся озлобленную чирлидершу с глубокой морщиной на лбу и проседью в волосах, но все это не мешает ей даже сильно за сорок по-прежнему эффектно выглядеть и без грамма косметики на лице. Тем более не мешает орать на меня и разносить в пух и прах. Патрисия тычет в свой висок, как бы намекая, что в моей голове опилки, но я даже спорить не хочу. Сама знаю, что притащила на тренировку негативные эмоции, а это всегда провальная история. В теннисе мой верный помощник – холодный расчет. Когда на душе раздрай, а кончики пальцев покалывает от раздражения, игра не идет.

Чертов Де Виль!

Я когда в юниорах играла, едва не молилась на него. Еще бы! Теннисист с русскими корнями, который пять лет назад, будучи уже достаточно взрослым по теннисным меркам, буквально ворвался в элиту мирового спорта. Легко обыгрывал топов, так же легко сдавал матчи ноунеймам, мастерски заводил стадионы и так же мастерски настраивал толпу против себя. Среди работяг, которые годами зарабатывали рейтинг и уважение, Де Виль казался самородком. Было ощущение, что он вообще не тренируется – ненавидит это делать, но в его игре проскальзывало нечто гениальное. Уникальное. Стихийное. Он был как шторм, который с одинаковым успехом мог накрыть с головой и потухнуть в море, так и не достигнув берега. Он был как… чистый талант, за игрой которого невозможно было наблюдать равнодушно.

Соблазнительный как грех и дерзкий как его фамилия. Дьявол? Очень похоже. Особенно теперь, когда я знаю, какой он в реальности засранец.

Удивительно, но до рандеву в лифте мы ни разу не сталкивались лицом к лицу. Хотя в прошлом году я сенсационно дошла до четвертьфинала на US Open, где он в финале проиграл Холлиуэлу, а до этого мы параллельно играли на тысячнике в Риме. И сейчас получается, он меня даже не узнал…

Ну не узнал и не узнал – что такого? Обидно, но… Да что я вру, обидно до слез! И сияющее эго наивной девочки, которая вкалывала как одержимая, чтобы однажды стать лучшей и иметь возможность на равных общаться с кумирами, одним из которых всегда был Де Виль, сегодня потускнело.

– Ань, да что происходит? – Патрисия качает головой, когда очередной мяч летит в глубокий аут по длине. – Ты акклиматизироваться что ли никак не можешь?

Надвинув козырек пониже, чтобы спрятать глаза, я ухожу в дальний угол корта и постукиваю ракеткой по кроссовкам. Маленький ритуал, чтобы сбить ритм и немного успокоиться.

Да что я так психую из-за этого козла в самом-то деле? Де Виль, может, сейчас на груди расписывается у какой-нибудь фанатки, а я из-за него сливаю тренировку. Столько труда вложено, столько надежд связано! Я, в конце концов, впервые в основной сетке турнира Большого шлема, а расклеилась, как дурочка, просто потому что кумир оказался с гнильцой.

Задолбало.

С шумом выдохнув, подпрыгиваю на месте, пытаясь вернуть мышцам тонус, а себе – уверенность. Беру новые мячи из корзины. Встаю в стойку на подачу.

– Не лупи! – долетают до меня наставления Патрисии. – Подавай на точность.

Окидываю взглядом пустой корт, выбирая угол подачи. Делаю глубокий вдох. Подкидываю мяч. Замахиваюсь. На выдохе бью ракеткой, наблюдая, как мяч летит через сетку.

Скорость приличная, но не запредельная. Зато мяч ложится четко по центральной линии. Была бы сейчас игра, вполне возможно засчитали бы эйс*.

– Давай и дальше в том же духе! – сложив ладони в виде рупора, кричит тренер.

До окончания тренировки я впахиваю как проклятая, чтобы стереть из воспоминаний любую деталь, связанную с Де Вилем. И даже когда приходит команда другой теннисистки, я еще какое-то время остаюсь на корте, отрабатывая замах.

Плечо у меня действительно побаливает. Не настолько, чтобы причинять серьезный дискомфорт, но в теннисе роковой может стать любая мелочь. Поэтому с физио сегодня надо осторожнее. И массажисту сказать, чтобы этой зоне уделил особое внимание.

Сложив ракетки в сумку и натянув ветровку, я иду к дожидающейся меня у выхода с корта Патрисии.