— Не торопись, обдумай. Возможно, у тебя будут какие-то пожелания.
После разговора я отправился в штаб. Амалия следовала за мной хвостиком.
— Что нового, господа? — спросил я.
— Прибыла делегация во главе с графом Стародубовым. Просит встречи и переговоров.
— Послы готовы к переговорам?
— Нет, они ещё едут и будут не скоро.
— А тогда переговоры кто вести будет?
— Ну, наверное, ты. Ты у нас единственный представитель королевской семьи.
— Задачи‑то какие?
— В идеале нужно тянуть время.
— Я попробую, конечно, но ничего не обещаю. Есть у меня одна идейка.
— Только аккуратней с этими идеями. А то мы вышли Винландцам нервы пощекотать и немного земли захватить, чтобы хорошие условия на переговорах были, а в итоге сидим в их столице.
— А что нам вообще известно про Стародубова?
— Представитель старой аристократии. Очень наглый и напыщенный человек. Уважает силу, деньги, власть, ведёт себя, как правило, жёстко.
— То есть разговаривать с ним лучше не вежливо?
— Не могу сказать наверняка, но хуже не будет, если мы немного покажем зубы.
— Хорошо, сделаем. Ещё мне нужны золотые украшения побогаче, много модной мужской и женской одежды.
— Это ещё зачем?
— Увидите.
Весь оставшийся день и даже часть ночи заняла подготовка к операции «Модные переговоры, или Отвод глаз». Моя задумка была проста: нужно было показать, что в нашей империи даже служанки одеваются как знатные особы — а может, и лучше. Поговорку «хороший понт дороже денег» никто не отменял.
Поэтому мы с Амалией отобрали ещё девять служанок — посимпатичнее — и нарядили их как кукол. Точнее, попытались нарядить. Золотых серёжек, колец, цепочек и прочей драгоценной бижутерии все были не против, но с платьями вышел затык.
Платья были очень смелыми для этого времени: разрез доходил до бедра, а зона декольте практически не оставляла места для фантазии — всё было на виду. Если Амалия худо-бедно была привычна к моим причудам, то остальные девушки подняли такой визг!
Звучали фразы типа: «Что же это делается?», «Какой позор!», «Кто же нас теперь замуж возьмёт?» — и прочие причитания. Кое как успокоив девчонок, я пообещал им по пять монет серебром, а тем, кто оплошает, — по пять плетей. Для них это был весомый аргумент, поэтому все быстро успокоились и согласились на такие условия.
Ещё я велел им всем заплести косы и украсить волосы разными заколками и бантами — чтобы смотрелось презентабельно. Принцесса, у которой я позаимствовал служанок, обалдела от их нарядов и строго спросила, что за бордель я тут устроил. На что я ей ответил, что девушки ангажированы для проведения переговоров — и пускания пыли в глаза.
В назначенное время прибыл Стародубов со своими двумя людьми. Встречали мы их в большом просторном зале с круглым столом. За столом сидел я один, а девушки в большинстве своём стояли у стен. Рядом со мной была Амалия — она подливала мне чай.
Эффект, конечно, был достигнут: парламентёры едва слюни не роняли. По сути, этот спектакль мне был нужен для отвлечения внимания. Я понимал, что эти ребята не одного волка съели на переговорах, но всё же…
После представлений и расшаркиваний слово взял Стародубов:
— У нас небольшая проблема, принц Александр. В то время как в нашем королевстве случилось горе и все представители нашей прекрасной аристократии собрались вместе, чтобы решить, как нам жить дальше, мы вдруг обнаруживаем, что наша прекрасная столица захвачена нашими добрыми соседями, которые вероломно напали в самый удобный момент. И что же нам теперь делать?
Он пристально уставился на меня — можно сказать, даже пялился. Я отхлебнул чая, посмотрел на него и ответил:
— Вы знаете, у вас очень красивый слог. Я просто в восторге. Но здесь есть небольшой нюанс. Добрыми соседями с Винландом мы были до объявления войны. Как вы понимаете, этот факт несколько портит наши добрососедские отношения.