— Конечно! — Лира гордо вскинула подбородок. — Мама заставила меня выучить название каждого насекомого, которое я использую и на что оно способно. Говорит, это развивает память.
Она тяжело, совсем по-взрослому вздохнула.
— Много приходится учить?
— Ужас сколько, — пожаловалась девочка. — Но мама говорит, что если я хочу по-настоящему управлять ими, то должна знать их лучше, чем они сами себя знают. Если буду знать их слабости, то смогу их защитить.
Любопытно, похоже Морна действительно заботится об этих «приемных» детях, раз заставляет их обучаться и развивает их память. Ведь не обязательно заставлять Лиру знать всё это — она так и так может управлять своими насекомыми.
— Хочешь расскажу про парочку? — посмотрела пристально на меня Лира.
— Ну…давай. — вздохнул я.
На мою ладонь тут же опустилась стрекоза (спасибо, что не многоножка). Стрекоза естественно была не обычная, а здоровая — её крылья размахом были с мою ладонь. Но привлекало внимание не это: её тело и крылья выглядели так, словно были сделаны из тончайшего цветного стекла или кристалла. Свет преломлялся в них, рассыпаясь радужными бликами.
Мой рот открылся против воли от восхищения — это было очень красиво.
— Это хрустальная стрекоза, — сказала Лира с гордостью. — Видишь, какие у неё крылья? Розовые с золотым. Это потому что она впитывает пыльцу цветков и ее крылья меняют цвет на такой.
Вот как. А вот это интересно, возможно она впитывает в крылья свойства тех цветков на которые садится? Только-только хотел провести Анализ, как она вспорхнула и зависла над нами, и я тут же услышал тонкий, мелодичный звон, похожий на звук хрустальных колокольчиков.
— Красиво, правда? — Лира улыбнулась. — Они редкие, их легко ловят другие хищники — из-за этого звука. Но у меня они хорошо живут. Я не даю другим их в обиду.
Я проводил стрекозу взглядом. Она описала круг над нашими головами и скрылась вдали.
— Но знаешь, что самое полезное в них? — продолжила девочка. — Они отлично находят ценные цветки — очень их любят. Так что если хочешь найти редкое растение — отпусти хрустальную стрекозу и следи за ней.
Я мысленно сделал заметку. Этого я не знал. В базе, которую заставила меня запомнить система, были тысячи растений, но почти ничего о насекомых и их взаимодействии с флорой. А ведь это… это был огромный пласт знаний. Не только растения тут обладают необычными и полезными свойствами, а и насекомые. И благодаря Анализу я могу их узнавать.
— А вот еще. — сказала Лира, и в тот же миг на моё плечо что-то село.
Я инстинктивно дернулся.
— Не бойся! — быстро сказала Лира. — Это живосос, он не укусит.
— Хотелось бы верить. — тихо сказал я.
На моём плече сидело существо, похожее на крупного шершня. Очень крупного шершня. Только цвет у него был другой — темно-фиолетовый, с маслянистым блеском, — а крылья его были полупрозрачные, золотистого цвета. Также немного напрягал его длинный, тонкий хоботок, похожий на иглу, сложенный под брюшком, совсем как у комара.
— Он может высасывать живу, — пояснила Лира, — Если проткнёт кожу достаточно глубоко нащупает места с живой. Он её чувствует как комар чувствует кровь.
Я очень медленно выдохнул. Вот как! Существование таких существ было естественным для мира, который построен на живе, но я об этом даже не задумывался.
Живосос пошевелил усиками, словно принюхиваясь. Потом развернул крылья и взлетел, присоединившись к рою.
— Один он не опасен, — добавила Лира. — А вот рой живососов даже для Одарённых опасен. Мама говорит, что были случаи, когда охотники погибали от их укусов.
Я кивнул, но мысли мои уже неслись в совершенно другом направлении.
Живосос. Насекомое, которое высасывает живу.
А что, если…
Мысль была неожиданной и на самом деле логичной, и она не отпускала. Сам я боялся вытягивать «Черную Хворь», которая забила каналы в теле Грэма, но это существо…что если заставить его высасывать не обычную живу, а… зараженную? Ту самую «чёрную», которая течёт по прожилкам болезни? Чёрная хворь — это ведь тоже жива, только искажённая, отравленная грибком.
— Эй! — Лира помахала рукой у меня перед лицом. — Ты о чём думаешь?
— Да так, — я встряхнулся.