Девочка покрутила бутылочку в руках, откупорила и когда Морна ей кивнула, что она может пить, начала.
Допив, она поставила бутылочку на стол и я увидел, как на ее щеки начал возвращаться румянец.
Морна сначала молча сидела, положив руки на стол и размышляя о чем-то, а потом вдруг спросила:
— Лира, сколько ты можешь использовать живососов, — сколько штук, — прежде чем тебе становится хуже?
Девочка задумалась, почёсывая за ухом Седого, который уже слез и уселся у нее на руках.
— Четыре-пять… Да, четыре вполне нормально, потом тяжело. Всё дело в том, что они очень сильно сопротивляются своей смерти. Если бы она была быстрой, то ничего, справилась бы. Но эта чёрная хворь убивает их медленно. И чем больше её в живососе — тем сложнее контроль. Понимаешь, мама?
— Понимаю. — кивнула Морна.
Морна некоторое время молчала, обдумывая услышанное. Потом кивнула.
— Хорошо, Лира сможет вам помогать. Но ровно по четыре живососа за раз, и не больше.
Лира просияла и принялась гладить Седого, который от удовольствия громко запищал.
А я уж боялся, что Морна решит вообще отказаться от нашей затеи, но, похоже, она всё взвесила и решила, что раз уж я могу помочь ее дочери и в итоге ничего страшного с девочкой не случилось, то…можно продолжать. Или всё дело в том, что она понимала, что я смогу ей варить и эликсиры и зелья, которые помогут и ей, и ее детям? Так сказать решила на перспективу? Не знаю. Да мне это и не важно — важно, что Грэм получит свою помощь.
Грэм, который всё это время молчал, задумчиво потёр подбородок и сказал:
— Спасибо тебе, Морна, и тебе, Лира — я это ценю. Вы даете мне время.
Да, мы с дедом понимали: чтобы очистить прожилки, которые опутали тело Грэма, понадобится не четыре живососа за сеанс, а намного больше. Кроме того, полностью очистить всё не выйдет, потому что черная хворь залегает глубже по телу — там, куда живосос просто не дотянется.
Одной Лиры нам мало — это я четко понял, глядя сейчас на руку Грэма, которую он внимательно осматривал.
— Морна, — обратился я к знахарке, — Есть ли в деревне гнилодарцев люди с похожим Даром как у Лиры?
Морна прищурилась.
— Можно найти нескольких… — она помедлила. — Но это не очень хорошие люди, Элиас.
— Нам не доброта нужна, — ответил я. — Нам нужен способ излечиться.
— Им придётся платить, — Морна покачала головой. — И они возьмут по полной. Уж поверь — эти точно воспользуются вашим положением.
Я задумался.
Платить сейчас мы не могли: каждая монета на счету — нам бы наскрести на долг Джарлу. Но после выплаты долга, похоже, придётся обратиться и к ним.
— Возможно, — сказал я медленно, — этим гнилодарцам самим что-то нужно? Что-то, что я могу сделать? Сварить?
Морна хмыкнула.
— Может быть. Попробую осторожно узнать.
— Спасибо, это было бы хорошо. Не сейчас, но возможно чуть позже нам придется к ним обратиться.
Грэм недовольно насупился, но не сказал ничего против.
Я же наклонился к корзине и выложил все бутылочки перед Морной. Она быстро всё пересчитала и положила перед нами деньги. Даже за ту бутылочку, которую выпила Лира.
— Морна, но.
— Не спорь, Элиас, с остальным мы потом рассчитаемся. Поговорим об этом в следующий раз.