Потом был следующий.
Их было трое за эти полчаса. Один хотя бы цветы притащил — спер из вазы на соседнем столике. Романтик хренов.
Смотрю на часы. Сорок минут.
Набираю Костю. Гудки, гудки, гудки.
«Абонент не отвечает…»
Ладно. Может, в душе до сих пор. Может, телефон не слышит. Может, заснул — он вечно вырубается после дороги.
Еще десять минут.
Заказываю себе бокал вина, чтобы хоть чем-то занять руки. Белое, сухое, кислит на языке.
Мимо проходит Артем Ларин — в черной рубашке, с бокалом виски. Скользит по мне взглядом, чуть кивает. Я киваю в ответ. Вот и весь наш диалог за последние… всегда?
Следом — Кирилл Северов. Этот даже не смотрит в мою сторону.
Час.
Костя, какого черта?
Звоню еще раз. И еще. Сбрасывает.
Сбрасывает?
В груди шевелится что-то неприятное. Даже не тревога еще — так, легкий холодок.
Допиваю вино одним глотком, кидаю купюры на стол, встаю. Света что-то кричит вслед, я только отмахиваюсь — потом, потом, блять.
Лифт. Третий. Ковролин, тусклые светильники, таблички с номерами.
Подхожу, рука уже в воздухе, чтобы постучать — и тут доносится…
Смех.
Ее.
Низкий, влажный, с придыханием, такой, от которого у нормальных мужиков встает за секунду.
Все внутри обрывается.
Нет. Это телек. Или он в скайпе с кем-то ржет. Или…
Толкаю дверь.
Она не заперта. Конечно, блять, не заперта.
Смятые простыни, как после войны. Рыжие патлы раскиданы по подушке. Ее голая спина, грудь даже вижу… А он — мой Костя — сверху, между ее раздвинутых ног, еще двигается пару раз по инерции, пока не понимает, что в комнату кто-то вошел.
Они замечают меня не сразу. Секунд пять я смотрю что-то из разряда видео для взрослых… он в ней, она выгибается, простыня сползла…
Потом он резко оборачивается.
— Алиса… это… подожди, это не…
Голос у меня ледяной, чужой: