Хитэм замирает. Смотрит на меня в шоке, а я на него.
У меня ощущение, будто земля под ногами трескается и расходится. Лечу в чёрную бездну, на дне которой разожгли для меня персональный котёл в аду…
— Нет!.. — шепчу умоляюще, когда король встаёт и решительно направляется в детскую.
Семеню за ним, заламывая руки и кусая губы.
Бросаюсь к колыбели, но Хитэм быстрее. Закрывает спиной обзор, нависая над люлькой и застывая на несколько мучительно-долгих мгновений.
А затем наклоняется и берёт мою малышку на руки. Бережно придерживая голову, укладывает на сгиб локтя и внимательно разглядывает маленькое лицо.
Малютка мгновенно замолкает, оказавшись на руках у отца. Рассматривает нового человека с любопытством, посасывая пальчик.
Их сходство настолько потрясает, что у меня дыхание перехватывает. Догадается он или нет?
— Что вы делаете, ваше величество?! — мой голос надламывается, выдавая ужасное волнение.
— Знакомлюсь с дочерью, полагаю, — отрезает Хитэм, и его слова звучат как пощёчина.
Кровь отливает от лица, а затем возвращается волной, ошпаривая кожу.
Он всё понял.
— Это… это моя племянница, — быстро выдумываю нелепое объяснение.
— Какие у тебя родственные связи интересные, — бросает на меня драконий взгляд со стоящим вертикально зрачком. — Твоя племянница — драконица.
Сглатываю испуганно.
— Д-да.
— Ну, хватит уже, Лориэль, — рычит Хитэм и усаживается в кресло-качалку, глаз не сводя с дочери.
Хватаюсь за спинку колыбели, меня пошатывает. Ноги становятся ватными, деревянный пол кренится на сторону. Голова кругом.
— Полагаю, я это заслужил, — поднимает король на меня нечитаемый взгляд и взмахивает свободной рукой, жестом обводя всю меня. — Ты настолько сильно не хотела меня видеть?!
— Как… — шепчу потрясённо, — давно ты понял?
— Подлог отличный, я почти повёлся, — кривится недовольно. — Пока не увидел, как мадам с твоим лицом картишки раскидывает в грязном игорном доме и сопли вытирает рукой.
Краснею до кончиков ушей, представляя эту картину.
— Что, и даже ощупать не попытался? — язвительно задираю бровь. — Я ждала объявление о свадьбе, ваше слепое величество.
— По-твоему, я настолько тупой? — поднимает он брови.
И вновь между нами искры трещат.
Только вот я теперь выгляжу, как его бабуля.
— Как ты это сделала? — тихо спрашивает Хитэм, потому что малышка снова начинает сонно моргать, убаюканная покачиванием. — Как поменялась местами с Урухвильдой?
Морщусь, вспоминая тот день.
— Помогите мне, матушка, — падаю я в ноги Урухвильде, сидящей в старом, скрипучем кресле-качалке, её любимом.
Седые волосы, морщинистое лицо. Синие, вздувшиеся вены. Ведьмы живут долго, но всё же не вечно. Когда-нибудь даже она умрёт.