- Джейсон, помнишь я рассказывала тебе о том, что я, - тут я снизила голос до еле слышного шёпота, - Из другого мира?
- Да, - ответил Джейсон и внимательно посмотрел на меня.
- Я понимаю, это звучит как шутка или бред, - начала я.
- Не звучит, - перебил меня друг. - Для меня не звучит ни как шутка, ни как бред.
- Ты имеешь ввиду, что поверил мне тогда? - спросила я удивлённо.
- Да, - просто ответил Джейсон. - Зачем тебе было врать о таком? Да и не умеешь ты врать.
- Я не умею врать? - возмутилась я, - Я вру так, что все вокруг мне верят! Точно лучше тебя!
Джейсон засмеялся. Но резко прекратил смех и серьёзно уставился на меня.
- Скажи то, что хотела, - попросил он.
-Так вот, в моём настоящем мире, - сказала я тихим голосом, - Такое состояние назвали бы депрессией на фоне посттравматического стрессового расстройства. - продолжила я, пока Джейсон внимательно слушал, - При этом выписывают специальные лекарства - антидепрессанты. И назначают психотерапию, это когда врач говорит с пациентом о его переживаниях. Я как раз училась на психиатра, то есть представляю, как провести такую психотерапию. А вот антидепрессанты...
Я подробно объяснила Джейсону всё, что знала. Сначала так, как выучила когда-то, научным языком, а потом по-простому. Он ещё не дослушал меня, но уже был согласен. Ну конечно он согласится на всё!
На следующий день началась учеба, а вместе с ней и моё изучение важнейших в борьбе с депрессией нейромедиаторов. Нужно было ещё не забывать о наших "друзьях" - Сэмюэле и его компании. Решив внести немного напряжения в их дружбу, я переключила своё внимание на дружка Сэмюэля Жака Петита. Несмотря на свой невысокий рост (выше меня на 5-7 см, но по сравнению с другими парнями он казался низким), он был бы мне симпатичен, если бы я не знала о его чёрной душе.
Я перестала прилюдно касаться Джейсона и не обращала внимания на Сэмюэля, зато по-дурацки улыбалась, когда видела Жака. Часто смотрела на него из-под опущенных ресниц, чтобы никто не заметил, но все, понятное дело, замечали. Особенно Сэмюэль и Даниэль. Я их игнорировала. Старалась подсаживаться к Жаку и, кажется, сумела таки покорить его чёрное сердце. Он помогал мне с выбором блюд, делал дурацкие комплименты, дарил цветы. К счастью, мы с ним виделись только в столовой, потому что от его слюнявых лобызаний моей руки меня тошнило и я потом долго пыталась отмыть эту руку.
Своими дурацкими ухаживаниями Жак невероятно бесил Сэмюэля. Меня тоже, но об этом этим моральным уродам знать не обязательно. Я ждала, когда между Жаком и Сэмюэлем разразится конфликт. Но пока я ждала одного, дождалась другого. После ужина, когда мы с Джейсоном разошлись, то есть когда я вернулась в свою комнату, ко мне в дверь постучали. Я открыла - на пороге стоял Даниэль. Я молча уставилась на него, ожидая, что он скажет, зачем пришёл. Но он молча зашёл и закрыл за собой дверь.
Мы стояли на пороге и молча смотрели друг на друга. Не стоило мне его пускать. Его взгляд гипнотизировал меня. Я снова подумала, какой же он красивый. Даниэль подошёл ближе, а я попятилась, заходя в комнату. Собираясь ложиться, оставила включенным только один тусклый светильник. В полутьме я наткнулась на подлокотник кресла, а Даниэль подошёл слишком близко. Я села на подлокотник, а он навис надо мной. По телу прошла мелкая дрожь. Я попыталась оттолкнуть Даниэля, уперевшись ему в грудь двумя ладонями. Почувствовала, как быстро бьётся его сердце. Он наклонился к моему лицу так, что наше дыхание смешалось. Мне вдруг показалось, что Даниэль сейчас меня поцелует, но он лишь прошептал мне на ухо:
- Какого чёрта ты творишь, Аврора?
Да, почудится же такое! Несмотря на то, что Даниэль мне не родной по крови, до прошлого года мы с ним были как брат и сестра. Он бы никогда такого не сделал. Тем более он встречался с мерзкой Лаурой. Какой же он стал глупый!
- О чём ты? - спросила я, вернув свою невозмутимость и поднявшись.
Для этого мне пришлось оттолкнуть Даниэля двумя руками и парень перехватил меня за запястья. От его прикосновений руки моментально покрылись мурашками. Да что же это такое? Я же считаю его братом, тело не должно так реагировать, даже если он так хорош. И хорошо пахнет. Я невольно втянула воздух, вдыхая его запах. Сердце отбивало бешеный ритм. Ну почему моё тело так реагирует на близость Даниэля? Разве раньше так было?
- Я о твоём отвратительном поведении, - сказал Даниэль низким голосом, продолжая удерживать меня за запястья.
- Моё поведение больше не твоё дело. Не нужно больше няньчиться со мной, - сказала я со злостью.
- Не хочешь, чтобы с тобой няньчились? Считаешь себя взрослой? - спросил Даниэль и прижал меня к стене. Навис надо мной. Слишком близко. Слишком интимно это было. Я оттолкнула его. Это уже перебор! Подойдя к двери и открыв её, прошипела:
- Убирайся сейчас же из моей комнаты!
Он молча вышел, сжимая руки в кулаки. И это моё поведение он называет отвратительным? Моё поведение вызвает вопросы? Что это вообще такое было?
Я ещё долго ворочалась и не могла уснуть. Не могла выбросить из головы мысли о произошедшем. Даже во сне мне снилось, как я, совсем не по-сестрински, залезла на колени полуобнажённого Даниэля и отчитывала его за плохое поведение. Да уж.
На следующий день, как раз был конец учебной недели, Джейсон не выдержал. После занятий он зашёл ко мне в комнату и сказал, что пора использовать артефакт иллюзий. Я тяжело вздохнула. На самом деле было бы лучше подождать ещё немного, и всё произошло бы само собой. Но раз Джейсон так хочет...
На ужине я особенно активно флиртовала с Жаком. Это было ужасно. Я невзначай касалась его руки, придвинулась поближе и преданно заглядывала ему в глаза. При этом внутри всё горело от отвращения. Но неожиданно сложнее этого мне далось игнорирование внимательных и злых взглядов Даниэля. В памяти всплыли воспоминания о его вчерашнем странном поведение и я покраснела. Как оказалось, очень вовремя, потому что Жак как раз прошептал мне на ухо что-то пошлое. Мерзавец. Хотелось самой наброситься на него прямо сейчас. Но я терпела и улыбалась.
Единственным приятым моментом было, что у Лауры, наконец, высыпали прыщи на лице. Несмотря на то, что она пыталась их закрасить, образ милой куколки был безнадёжно испорчен. Но брат вообще не обращал на это внимание, продолжая всё так же ходить с ней. Нужно было как-то помочь Даниэлю понять, с кем он встречается. Но рассказать о её злодеяниях в открытую я не могла. Да и не уверена, что он поверил бы мне. Не думаю, что он остался всё тем же, что был раньше. Вёл Даниэль себя совсем по-другому.
Я встала из-за стола и Жак поднялся, чтобы проводить меня. Я специально не пошла в свою комнату. Сказала, что хочу прогуляться по академии. Этот мерзавец пошло ухмыльнулся. Он что, и правда решил, что я сейчас с ним... уединюсь? Вот идиот. Немного походив кругами, я повела его в сторону учебного тренировочного класса. Когда мы почти дошли, нас догнала внушительная фигура. В полутьме сложно было что-то рассмотреть, но я знала, кто это.
Когда человек приблизился, Жак воскликнул: