— А когда было иначе? — спросил Мак.
— Каждый гребаный день с тех пор, как я тебя знаю. — Колтон снова повернулся, чтобы уйти, но его снова остановили. На этот раз Малкольм.
— Она здесь не просто так, Колтон.
— На вечеринке?
— В Нэшвилле.
В его голосе слышались нотки разочарования и нетерпения.
— К чему ты клонишь?
— Возможно, она не хочет убегать. Возможно, она просто хочет, чтобы кто-нибудь попросил ее остаться.
ГЛАВА 17
— Завораживает, не так ли?
Гретхен едва слышала голос Лив. Она была в трансе. Сырная кома. И все благодаря мужчине, стоявшему по другую сторону кухонного стола Влада. Они сказали, что его зовут Роман, и он тот самый неуловимый торговец сыром, о котором она так много слышала. Но это прозвище совершенно не подходило для одетого в кожу соблазнителя, стоявшего перед ней. Он был богом Гауды, принцем Проволоне, капитаном Курда.
И прямо сейчас он подносил ломтик хаварти к ее губам. Невидимая сила подтолкнула ее вперед на стуле, губы приоткрылись.
— Обещаю, — пробормотал Роман голосом, от которого у нее внутри все стало похожим на фондю, — что ты никогда не испытаешь такого удовольствия.
— Успокойся, парень, — саркастически сказала Лив. — Разве ты не знаешь, что она официально не продается?
От Хаварти у Гретхен пересохло в горле, и она чуть не подавилась. С того момента, как Лив затащила ее внутрь с криком, который мог бы вызвать перебои в управлении воздушным движением, Гретхен делала все возможное, чтобы избежать вопросов о ней и Колтоне. На тот момент скрытность в отношении своей личной жизни вошла у нее в привычку. Было трудно открыться людям, когда всю свою жизнь ты был настороже, чтобы никто никогда не узнал тебя настоящего.
Она снова задохнулась, на этот раз от осознания собственной значимости.
Еда. Очевидно, ей нужно было больше еды.
Роман медленно подмигнул ей из-под тяжелых век, прежде чем обратить свое внимание на единственную незамужнюю женщину в комнате — Мишель, одну из соседок Влада. И, судя по взглядам, которыми они обменялись, достаточно горячим, чтобы расплавить моцареллу, она и раньше макала свой хлеб в его раклет.
Внезапно в комнату вбежали девочки-близнецы с развевающимися косичками и измазанными шоколадом лицами и с пронзительными криками закружились по комнате. Жена Гэвина, Тея, прижала пальцы к вискам.
— Где ребята? Я попросила Гэвина присмотреть за ними.
— Я не знаю, — сказала Несса, жена Дэла. Она перекладывала своего двухлетнего сына с одного бедра на другое. — Что они вообще там делают?
— Подождите, — сказала Гретхен, оглядываясь по сторонам. — Я не единственная, кто не знает, что это за сюрприз?
— Какой сюрприз? — спросила Трейси, жена Малкольма. Она баюкала маленький животик под своим красным свитером.
— Я знаю, что это, — промурлыкала Елена.
Лив протянула обе руки и схватила своих племянниц, по одной в каждую руку.
— Вернитесь в гостиную, — сказала она им. — Позже я принесу вам еще конфет.
Когда девочки убежали, Тея бросила на сестру испепеляющий взгляд.
— Спасибо.
Лив проигнорировала ее, плюхнулась на свободное место рядом с Гретхен и облокотилась на стойку. Ее острый взгляд говорил о том, что перерыв в девичьих разговорах подходит к концу.
Гретхен вздохнула и взяла свой бокал с вином.