— Нет.
Это слово прозвучало как оборванная струна в середине песни. Кислая нота, за которой последовало острое прикосновение тонкой проволоки к руке. Бак, стоявший рядом с ним, бросил на него испытующий взгляд, говорящий: «Не психуй».
Слишком поздно. Как, черт возьми, он мог не взбеситься из-за этого? У Колтона внезапно пересохло во рту, и он пожалел, что не воспользовался неоднократными предложениями воды.
— Не могли бы вы сказать мне, что вам не нравится?
Попытался вмешаться Бак.
— Можно мне минутку поговорить с Колтоном?
— Это скучно, — сказал Сол.
— Скучно? — Возмущение вырвало это слово изо рта Колтона, как клещи.
— Колтон, — сказал Бак, положив руку ему на плечо. — Позволь мне...
— Нет, — сказал Колтон. — Я хочу знать, что значит скучно.
— Колтон, ты всегда выделялся своим талантом среди толпы длинноволосых подражателей. Но это... — Сол покачал головой. — То, что вы нам спели, звучит так, будто вы вставили в программу для написания песен какие-то долбанные ключевые слова и добавили пару риффов ради забавы.
Воздух со свистом вырвался из его легких, как будто Сол в буквальном смысле ударил его в живот. Должно быть, он издал какой-то звук, потому что Бак бросил на него взгляд, который говорил: «Заткнись, пока ты не испортил всю свою карьеру».
Колтон отодвинул от стола свое удобное кожаное кресло и встал.
— Я отдал вам все. В течение двенадцати лет я выпускал хитовую пластинку за пластинкой. Я принес этому лейблу несметные миллионы долларов, пожертвовал всем…
— Но что ты сделал для нас сегодня? — перебил его Сол.
— Извините?
— Ваш успех — это наш успех, — продолжил Сол. — Но это означает, что ваша неудача — это также и наша неудача. И мы не можем позволить вам выпускать что-то, что приведет к потере денег. И, откровенно говоря, в этом демо ни одного хита.
Колтон пронзил Арчи взглядом.
— Ты знал об этом?
— Я знал.
Предательство лишило его последних сил.
— Сол прав, — сказал Арчи. — Мне жаль, Колтон. Ты не представляешь, как мне больно говорить тебе это. Но то, что ты нам дал, не сработает. И я думаю, ты это знаешь.
— Эфирное время имеет значение, — сказал Сол, как будто Колтон этого еще не знал. — В этом демо нет ничего, что могло бы привлечь эфирное время, необходимое для того, чтобы попасть в пятерку лучших.
— Хорошо, давайте немного сбавим обороты, — сказал Бак. — Колтон, сядь и давай все обсудим.
Он скрестил руки на груди.
— О чем тут говорить?
— Мы не утверждаем, что это невозможно спасти, — сказал Арчи умиротворяющим тоном.
Колтон закатил глаза.
— Ну и дела, спасибо.
— Что ты предлагаешь? — спросил Бак. — Потому что Колтон очень увлечен своими песнями, и если вы начнете диктовать, что артисту можно, а что нельзя говорить в своей музыке, то у нас возникнут проблемы посерьезнее.