– Я только сейчас понял истинные причины его побега, – сказал доктор. – Вы ведь устроили большой детский праздник.
– Это так, – согласился Пол. – И вы полагаете…
– Я полагаю, что ваш сын, несомненно знавший об этом, был огорчен, что не получил приглашения, и в приступе безрассудства решил во что бы то ни стало принять участие.
– Мой дорогой доктор! – воскликнул Пол, увидевший преимущества, сулимые ему этой теорией. – Вы правы! Вот именно!
– Подобное неподчинение, – продолжал доктор, – двойной вызов вашему и моему авторитету и заслуживает самого сурового наказания. Я надеюсь, вы со мной согласны?
На мистера Балтитьюда нахлынули воспоминания о пережитых бедах, и он процедил сквозь зубы:
– Как ни наказать этого негодяя, все будет мало!
– Уверяю вас, он получит по заслугам. Он запомнит это на всю жизнь. Он дорого заплатит за оскорбление, нанесенное мне и вам тоже. Если вы будете так любезны передать его мне, я тотчас же увезу его обратно в Родвелл-Маркет, и завтра же утром постараюсь пробудить в нем совесть способом, который он не скоро забудет.
Доктором овладел гнев, который показался бы поборнику справедливости чрезмерным, но не следует забывать, что он видел себя одураченным, а свой учительский авторитет – нагло растоптанным. Однако его ярость охладила, а не воспламенила недовольство сыном Пола. Последний решил, что если кто и имеет право гневаться, то это он, а не доктор.
– Что ж, – холодно молвил мистер Балтитьюд, – сначала надо найти его, а потом разберемся, что с ним делать. Я позвоню и…
Но только он протянул руку к звонку, как дверь библиотеки распахнулась, и в комнату вошел Мармадюк. Он тащил за руку упирающегося Дика. Бедняга окончательно протрезвел. Он был бледен, выпачкан угольной пылью и дрожал. Он был сейчас в том самом состоянии, в котором его отец находился всего три часа назад.
Парадайн нагло и торжествующе ухмылялся. Поймав взгляд Пола, он понимающе подмигнул ему, хотя тот не понял, что означает это подмигивание.
Такая наглость потрясла мистера Балтитьюда. Ему не верилось, что после своего предательского поведения в бильярдной Парадайн осмелится пытаться задобрить его, Пола.
– Вот наш мальчик! – провозгласил Парадайн. – Вот негодяй, который устроил всю эту кутерьму. Сначала он вломился в бильярдную и сообщил, кто он такой, но я, естественно, отказался иметь с ним дело. Я тут ни при чем. Ну а потом приехали вы – я полагаю, что имею честь приветствовать доктора Гримстона, – и он попытался убежать. Но когда я увидел, что он решил спрятаться в угольном погребе, то понял, что надо вмешаться – и я его сцапал. С радостью передаю его в надежные руки тех, в чьем попечении он находится.
И, отпустив Дика, он двинулся к своему шурину с тем же выражением тайного взаимопонимания, отчего Пол прямо-таки вскипел.
– Стой здесь! – скомандовал он сыну. – Нет, мистер Гримстон, позвольте мне, пожалуйста, разобраться с ним наедине.
– Правильно, – одобрительно зашептал Парадайн. – Отлично! Так держать, мой мальчик. Так держать! Папочка теперь кроткий как ягненок.
Тут Пол все понял. Его достойный зять не присутствовал при последнем превращении и ошибочно полагал, что Дик и он взяли верх. Пора было разрушить его иллюзию.
– Будьте любезны сейчас же покинуть мой дом, – сурово сказал он.
– Юный осел! – пробормотал Парадайн. – После всего, что я для тебя сделал. И это твоя благодарность! Ты же знаешь, что без меня ты никуда! Так что прошу осторожнее.
– Если вы не видите, что все переменилось, то, выходит, вы еще глупее, чем я предполагал. – медленно проговорил Пол.
– Это грязный трюк! – воскликнул Мармадюк. – Ты просто хочешь от меня избавиться!
– Это входит в мои планы, – признал мистер Балтитьюд. – Вы удовлетворены? Вам нужны доказательства? Я могу их дать вам – это я был в бильярдной.
Парадайн подскочил к Дику и стал его трясти.
– Ах ты болван, – бормотал он. – Что же ты меня не предупредил? Зачем же я так опростоволосился?
– Я говорил, – хныкал Дик, – только вы меня не захотели слушать. Так вам и надо!
Мармадюк быстро пришел в себя после этого внезапного потрясения. Он попытался как ни в чем не бывало пожать руку Полу.
– Ловко я пошутил! – сказал он смеясь. – Решил немного поводить вас за нос… Но все это время я действовал в ваших интересах. Просто я не хотел, чтобы моя линия была понятна всем…
– Линия ваша, как всегда, была кривая, – сказал Пол.
– Но я бы не смог помешать мастеру Дику, если бы явно поддержал вас, – отвечал Мармадюк. – Я знал, что вы в конце концов добьетесь своего, но мне пришлось играть в нелегкую игру. Не удивительно, что вы пока не расставили все по своим местам.