– Мне коробка нужная, а это не нужное.
Вася любовно вспомнил о коробке и обратился к дивану. Но на диване коробки не было. Он оглянулся в комнате, посмотрел на крышку пианино, на стопку книг. Коробки не было.
– А где она? – обратился он к Левику.
– Кто? Ласточка? – спросил Левик из другой комнаты.
– Нет, коробка где?
– Да я ж тебе дал. Я ж тебе в руки дал!
Вася растерянно посмотрел на диван.
– Она тут лежала.
Левик тоже посмотрел на диван, тоже оглянулся по комнате, выдвинул ящик.
– Стой! А Митька? Это он украл.
– Как украл?
– Ну, как украл? Спер коробку и смылся.
– Ушел?
– Смылся! Да что ты, не понимаешь? Нету ж Митьки!
Вася грустно сел на диван, потом встал. Коробку было очень жаль.
– Спер? – машинально переспросил он Левика.
– Мы с тобой честно поменялись, – напрягая лицо, заговорил Левик. – Честно. Я тебе в руки отдал, при свидетеле.
– При каком свидетеле?
– Да при Митьке ж! Ой, и свидетель! Потеха! Вот так свидетель!
Левик громко рассмеялся:
– Смотри, какой свидетель! А ты что же? Ты теперь с пустыми руками. Мы честно!
В дверях стояла скуластая Ляля, удивленно смотрела чуть-чуть раскосыми темными глазами на веселого брата и вдруг бросилась в комнату. Вася испуганно встал с дивана.
– Ты зачем мой кошелек брал?
Левик перестал хохотать и двинулся к дверям, обходя Васю.
– А я его брал?
– А чего он на столе лежит? Чего?
– И пускай лежит! Какое мне дело!
Ляля быстро дернула ящик, уставилась в него острым взглядом и закричала:
– Отдай! Сейчас же отдай! Свинья!
Левик уже стоял в дверях, готовый удирать дальше. Ляля бросилась к нему и налетела на растерявшегося, подавленного шквалом событий Васю. Она толкнула его на диван, и он сильно опрокинулся, мелькнув ножками, а она с разгону ударилась в дверь, которую перед самым ее носом сильно захлопнул Левик. Слышно было, как хлопнула вторая дверь и третья, наружная. Двери еще стучали, пока Ляля металась между ними, догоняя брата. Наконец, она с такой же стремительностью ворвалась в комнату, еще раз дернула ящик, с шумом порылась в нем и громко заплакала, склонившись на стол. Вася продолжал смотреть на нее с удивлением и испугом. Он начал догадываться, что рыдания Ляли относятся к коробке, только что исчезнувшей на его глазах. Вася хотел уже что-то сказать, но Ляля, не прекращающая плакать, попятилась и бросила свое узкое тело на диван, рядом с ним. Плечи ее вздрагивали у Васиных ног. Вася еще больше расширил глаза, оперся ручонками на диван и склонился над рыдающей девочкой.