— То есть я еще и женюсь? — вскидываю руки.
Он смотрит на меня в упор, желваки снова ходят ходуном.
— Это единственное, о чем я тебя прошу, Кирилл. Единственное, о чем я когда-либо тебя просил, — в его голосе ни капли сомнения, он крайне серьезен.
Выдавливаю из себя смешок.
— Жениться и завести пару детей — это тебе не в магазин сходить, пап.
Он вздыхает, проводя рукой по густым седым волосам.
— Я всегда знал, что это будешь ты. Не первенец, но тот, в ком я вижу себя больше всего. Ты везунчик по жизни, сынок. Как и я. Ты умеешь взять любую ситуацию под контроль и выжать из нее максимум. Вряд ли ты когда-нибудь влюбишься по-настоящему, так чем ты рискуешь? Парой-тройкой лет пустых интрижек?
— А если я не хочу детей?
— Уверен? — он щурится, изучая меня.
С трудом сглатываю.
Блин.
Как же это тяжело. Я никогда не скрывал, что однажды хочу свою семью, а теперь этот день, кажется, настал.
— Хочу, конечно. Когда-нибудь…
— Так пусть это «когда-нибудь» наступит сейчас. Пока я еще здесь и могу понянчить внуков. Чего ты ждешь?
— Для начала неплохо бы найти ту, что захочет от меня этих детей, — саркастически бросаю.
— Не волнуйся. Об этом я уже позаботился, — он одаривает меня победной ухмылкой.
Глава 2
Алина
— Чаю, Алина? — голос мамы сочится медом, а в руках она держит наш фамильный чайник из костяного фарфора.
— Нет, спасибо, мам. Мне пора домой. Завтра рано вставать.
Воскресный чай у мамы — еженедельная пытка, которую я стоически выношу. В ее глазах я — сплошное разочарование, ведь она с трудом скрывает свое презрение. Подумать только, ее дочь — какая-то ветеринарная медсестра!
Ее губы кривятся в знакомой усмешке.
— Прежде чем ты уйдешь, Ярослав хочет с тобой поговорить.
Одно его имя — и сердце пропускает удар, а потом пускается вскачь.
— Ярослав здесь?
— Он здесь живет, милая, — с наигранным вздохом отвечает она.
Стискиваю зубы.
— Знаю. Просто обычно его нет, и меня это более чем устраивает.
Мама едва заметно качает головой, словно сама мысль о том, что ее старшенького можно не любить, кощунственна. Да он у меня и в двадцатку любимых людей не войдет.
— Что ж, у него для тебя прекрасные новости. Ему удалось сотворить чудо.