Старуха повернулась и пошла по коридору в сторону холла. Карина вышла из кабинета и, прикрыв дверь, двинулась следом за женщиной.
Они пересекли холл и подошли к лестнице. Женщина отказалась ехать на лифте.
– Милочка, это второй этаж. Мне не тяжело подняться пешком. Полезно для суставов.
Карина не стала спорить и вслед за старухой медленно начала подниматься наверх. Они преодолели ступени и повернули в коридор. Он был пуст. Только тусклый свет и десять дверей. Пять по одну сторону, пять по другую. В конце коридора стоял лифт. Сверху мигало окошко, на котором красным показывало цифру три.
Странно. Если лифтом давно не пользуются, то там должно быть пусто. Неужели кто-то еще вставал и недавно поднимался на лифте?
Старуха дошла до своей комнаты с номером двести три и открыла дверь. Она включила свет в комнате. Карина обратила внимание, что на ее столе стоит стакан с наполненной водой из кувшина, таблетки и какие-то фантики от конфет. Постель на кровати разобрана и помята, значит, она действительно спала.
– Вот так я лежала тут, в кровати, когда услышала в коридоре детский голос. Встала, надела тапочки и вышла наружу. В конце, где лестница, – старуха опять вышла наружу и махнула туда, откуда они только что пришли, – увидела девочку, которая уже начала спускаться вниз. Я закрыла комнату и пошла следом, но внизу никого не было. Она, наверное, куда-то зашла. Может это ребенок кого-то из сотрудников? Если это так, то почему она гуляет по коридору в столь позднее время и мешает спать?
Женщина недовольно смотрела на девушку. Карина стояла с задумчивым лицом. Никто из сотрудников, живших здесь, не говорил, что у него есть маленький ребенок. Девушка улыбнулась и ответила.
– Галина Филипповна, давайте завтра разберемся, время уже позднее. Идите спать. Я сейчас еще раз проверю первый этаж и завтра поговорю с сотрудниками.
Старуха начала бурчать что-то себе под нос, но Карина уже не слышала ее. Она вышла из комнаты и закрыла дверь. Её терзал один вопрос: почему на лифте горит цифра три? Она прошла по полутемному коридору и по лестнице поднялась наверх. Сердце ее колотилось о ребра. Девушке почему-то было страшно. Она никогда не была трусихой, так как росла в детском доме, но сейчас ей было не по себе. Она вышла в коридор третьего этажа и посмотрела вперед. Никого. Тусклые лампочки освещали пространство, на полу которого лежала коричневая дорожка до самого лифта. Цифра три мигала каждую секунду. Интересно, когда она потухнет? Ведь для этого дается определенное время.
Когда устанавливали лифты, Карина попросила, чтобы в них были перила с двух сторон, а между ними – зеркало. Ей казалось, что это не только красиво, но и удобно.
Медленно ступая по коричневой дорожке, девушка двинулась в сторону лифта, прислушиваясь к звукам из каждой комнаты. Она хотела убедиться, что все спят и никто никуда не выходил. Пожилые люди обычно рано ложатся спать. Тем более Сергей каждое утро занимается с ними на свежем воздухе, а комнаты отдыха не дают скучать.
Карина принципиально не стала ставить камеры внутри здания: только по периметру и сигнализация. Она сказала, что не хочет, чтобы личная жизнь отдыхающих была снята на камеру.
Девушка шла вперед, медленно приближаясь к лифту. Он не переставал мигать. В этой тишине были слышны только ее шаги, ступавшие на мягкий ковер, и стук собственного сердца.
Коридор, где находилось десять комнат, был сделан в светлых тонах. На стенах висели бра и подсвечники со свечами. Карина считала, что этот особняк был построен еще в XVII веке, и хотела сохранить хоть какую-то частичку того времени. Она же повесила внизу картины, так почему бы не украсить стены подсвечниками?
Дойдя до лифта, девушка остановилась. Ей казалось, что сердце сейчас выпрыгнет от страха. Она чувствовала, что здесь что-то не так. Лифт не может столько времени мигать номером этажа, на который он приехал.
Карина смотрела на серые закрытые двери. По спине пробежал холодок. На секунду показалось, что ей в затылок кто-то дышит. Прохладный воздух коснулся волос. Она резко повернулась, но позади ни кого не было.
Девушка вновь посмотрела на двери лифта. Рука дрогнула и медленно поднялась, пальцы потянулась к кнопке вызова. Девушка дотронулась до нее. Холод металла обжег кончики пальцев. Кнопка загорелась, и двери лифта начали медленно открываться. Её сердце бешено стучало, дышать становилось труднее. Карине показалось, что пока открывались дверки лифта, прошла целая вечность.
Крик, который пытался вырваться наружу, был подавлен. Она закрыла рот рукой. Её предстала картина, которая заставила все тело покрыться мурашками. Ей казалось, что сердце сейчас пробьет грудь и выпрыгнет наружу.
В кабинке лифта лежала Жанна. Её тело было неестественно вывернуто. На полу растеклась лужа крови из-под ее головы. На перилах, которые по просьбе Карины были установлены для удобства, в одном месте была кровь. Первоначальное впечатление говорило о том, что девушка ударилась о перила головой и упала.
Жанна была еще в форме горничной, что очень удивило девушку. В это время работники уже переодеваются. Что горничной понадобилось на третьем этаже, и почему она так одета?
Карина посмотрела мельком в зеркало лифта и обомлела. В нем отражалась не только она сама, но еще кое-кто позади нее, вдалеке. Это была девочка в черненьком платье, с черными волосами и бледным лицом. Она стояла, слегка опустив голову, и зло улыбалась. Эту улыбку и сощуренные глаза Карина могла бы увидеть даже за несколько сот метров. Ей показалось, что девочка готовится напасть на нее.
Карина резко повернулась, но на том месте, где только что стояла девочка, никого не было. Она вновь посмотрела в зеркало лифта, но увидела только отражение пустого длинного коридора.
Глава 7
Карина сидела в кабинете, вспоминая прошедшую ночь. Её руки до сих пор дрожали, болела голова, жутко хотелось спать. Утром у неё уже побывал Эдуард Арнольдович. Он был крайне недоволен сложившейся ситуацией. Он пришел с хорошей новостью, хотя внутри скребли кошки. Жанна умерла от удара головой о длинную ручку в лифте. Девушке стало, по-видимому, плохо и она неудачно упала, ударившись головой, что привело к смерти.
После того как Карина нашла её в таком состоянии, она вызвала скорую и полицию. Врач, приехавший на вызов, констатировал смерть и сказал, что им здесь делать нечего. Потом приехала полиция. Тот же следователь, который приезжал первый раз, недобро смотрел на нее. Ну, понятное дело, второй труп в пансионате, и опять несчастный случай.
Он очень долго опрашивал Карину, у которой дрожал голос и тряслись руки. Девушка рассказала всё как есть. И про Галину Филипповну, и про лифт, который не должен был мигать.
Потом подняли весь персонал и опросили каждого из них. Тамара Васильевна сказала, что спать она ложится рано, потому что утром ей необходимо готовить завтрак для пожилых людей. Она рассказала, что девушка несколько дней ходила вялая и бледная. Ночью она не видела, чтобы та выходила, потому что крепко спала. Когда она ложилась, Жанна еще была в рабочей форме. Почему – она не знает, не спрашивала девушку об этом. Следователь спросил об этом Карину, но она тоже не знала. Весь персонал работает до определенного времени, а потом расходится. Жанна жила в пансионате и после восьми вечера могла смело заниматься своими делами. В одиннадцать ночи Карина включает сигнализацию, но в этот день ее включили позже, потому что Константин и Сергей ходили на озеро. Так как в здании камер не было, проверили камеры на улице. Они зафиксировали, как парни зашли вдвоем. Карина подтвердила, что сама слышала, как они оба зашли к себе в комнату. Потом пришла Галина Филипповна.
– Молодой человек, – прошелестела старушка, которую пришлось поднять с постели, – вы знаете, сколько мне лет?
Следователь смотрел на недовольное заспанное лицо Галины Филипповны и молчал.