– Они всем известны, – усмехается Константин. – Татьяна любит напоминать, что добилась всего, будучи сиротой без связей. Ее ведь бабушка воспитывала?..
– Да, – киваю я. – Но это лишь официальная версия. В то время, когда у неё наступила внезапная беременность, она познакомилась с влиятельным человеком и сумела чем-то привлечь его внимание. Тогда моя подруга порвала все связи с неблагополучными знакомыми и стала строить из себя примерную девушку. Когда её благодетель узнал о беременности, он поверил, что ребёнок от него. Но мужчина не собирался становиться отцом. Избавляться от ребёнка было поздно, поэтому он решил, что Таня родит и оставит младенца в людном месте. Когда Таня поделилась со мной своими планами, я пришла в ужас. Не могла поверить, что она действительно собирается это сделать. Уговаривала её разорвать отношения с этим мужчиной и подать на алименты после рождения ребёнка. Тогда она призналась, что не знает, кто является отцом будущего малыша. Я продолжала пытаться её вразумить, уверяя, что в будущем она пожалеет о своём решении. Но Таня сказала, что будет жалеть только если потеряет благосклонность своего любовника…
Я потираю лицо ладонями и продолжаю свой рассказ:
– Все эти годы она не вспоминала о случившемся, – шепчу я. – Лишь один раз, около пяти лет назад, я завела разговор о её сыне. Он попал в аварию, и ему нужны были деньги на восстановление. Но Таня жестко меня прервала и сказала, что не понимает, о чём я говорю. Я не осталась в стороне и оплатила операцию. Только тогда до меня дошло, что все эти годы моя подруга не жалела о том, что натворила. Ей было всё равно, что случилось с её ребёнком… Она не считала себя виноватой.
– Будет сложно доказать, что она знала о том, что её сын нуждается в деньгах на лечение, – замечает Константин.
– Я только знаю, что его приёмные родители обращались в её благотворительный фонд…
– А она знает имя своего ребёнка? – уточняет он.
– Я ей его точно называла, но доказать ничего не могу.
– Ладно, – кивает Константин. – С этим я сам попробую разобраться. Если выяснится, что она всё знала и просто отказалась помочь, эффект будет подобен разорвавшейся бомбе. Это полностью уничтожит карьеру Татьяны…
Я спокойно киваю и одним глотком допиваю остывший кофе. Чувствую себя расслабленной, словно мы обсуждаем погоду, а не возможный крах карьеры моей некогда близкой подруги.
– В каком формате вы хотите поделиться с окружающими этой информацией? – интересуюсь я.
– Изначально я хотел выпустить статью, – отвечает он. – Но теперь считаю, что нам стоит замахнуться на эфир в одном из рейтинговых ТВ-шоу. Охваты этих программ просто сумасшедшие.
– Хорошо, – выдыхаю я. – Мне пора возвращаться в офис. Дайте знать, если вам еще что-то понадобится.
– Спасибо, – обворожительно улыбается он. Замечает, что я достаю кошелек, и жестом меня останавливает. – Позвольте мне вас угостить. Это меньшее, что я могу сделать для вас.
Киваю и быстро выхожу из кафе. Сажусь в машину и пару минут не двигаюсь, обдумывая случившееся. Пути назад нет, теперь я должна довести начатое до конца. И я совершенно не жалею о том, что буквально подписала Тане приговор.
Но она сама виновата в том, что я была вынуждена действовать так жестко. Я не из тех, кто станет подставлять вторую щеку, когда его бьют по лицу.
И я бы не стала проявлять подобную жестокость, если бы просто узнала о том, что муж изменяет мне с лучшей подругой.
Да, мне было бы обидно и больно. Я бы плакала и не понимала, почему они так поступили со мной. Но мстить таким образом я бы не стала. Мне бы и в голову не пришло лишать Таню привычной жизни. Но они придумали для меня ужасное наказание за несуществующие грехи. Я ведь правда понятия не имею, почему и вдруг захотелось выставить меня сумасшедшей.
Я ведь не заслужила такой участи! Не делала до этого дня ничего плохого ни мужу, ни подруге. Но теперь их ждет расплата, и мне даже не особо важно, что они еще ничего не успели мне сделать.
В конце рабочего дня мне звонит Таня. Я не особо хочу с ней разговаривать, но все же отвечаю на вызов.
– Привет, – как можно дружелюбнее произношу я.
– Привет, Мариш! – щебечет Таня. – Как у тебя дела? Как настроение? Не хочешь сходить со мной в кино?
– Прости, но сегодня никак, – притворно вздыхаю я. – Работы столько, что не знаю, за что хвататься. Наверное, придется сегодня задержаться в офисе.
– Совсем ты себя не бережешь! – притворно вздыхает она. – Жаль, конечно, я думала, погуляем как в старые добрые времена и сплетничаем.
– Тань, я бы с удовольствием! Ну правда не могу, – вру я. – Последнее время все как будто наперекосяк идет. Еще и с Богданом происходит что-то странное…
– А с ним-то что?
– Понятия не имею, – печально вздыхаю я. – Постоянно забывает о том, что я ему говорю и утверждает, что мне показалось, что я с ним разговаривала. Но продолжает настаивать, что проблема именно во мне.
– Слушай, дорогая, но ты ведь и правда последнее время ведешь себя странно. Дело не в нем, а в тебе… Ну да ладно, не буду отвлекать. Работай дальше, созвонимся на неделе.
Кладу трубку и ловлю на себе удивленный взгляд своей помощницы, которая во время разговора находилась в кабинете.
– У Богдана проблемы с памятью? – осторожно заинтересуется она.