— Напишу, — кивнул я.
— Вот, держи, — он вытащил из внутреннего кармана блокнот и карандаш, такие же, как у того детектива, что меня допрашивал. Похоже, что он использовал их, чтобы записывать мысли. А потом наверняка сжигал, не иначе. Он слишком умен, чтобы оставлять такие следы.
Я подумал немного. Она узнает мой почерк? А она вообще умеет читать, кстати говоря? Да должна, не совсем же дура.
Хотя в нынешние времена далеко не все умеют это делать. Я вот умею и писать, и читать, пусть и учился в спецшколе для детей с криминальными наклонностями, которую так и не закончил.
А еще я умею делать шляпы. Да, это совсем забавно. Но в воспоминаниях вспыло то, что на заре своей карьеры я устроился в шляпную мастерскую. И вполне успешно совмещал эту работу с грабежами, крышеванием и наркокурьерством.
Я принялся писать. Короткую записку, без особых чувств, без признаний в любви, ориентируясь больше на инстинкты самого Лаки. Когда закончил, перечитал. Никаких деталей нет, все нормально. И вроде бы в его стиле.
— Держи, — я оторвал листок, после чего протянул его Лански. И блокнот с карандашом тоже.
— Ну тогда я поехал, — он поднялся. — Думаю, к ланчу приедет адвокат. Попрошу Бенни забрать его, он тоже захочет повидаться. Заодно обсудишь с ним это твое дело с Ником.
Ну да, тут действительно лучше задействовать силовое крыло. Но напоследок уже. Следить лучше отправить людей Мея, потому что они более осторожны. Сигелу ничего не стоит просто выкрасть его среди бела дня, не разбираясь, кто там и что может видеть. А то и вообще устроить пальбу из Томпсонов.
А нам это делать никак нельзя. За нами сейчас следит полиция, очень внимательно. И за Лански с Сигелом тоже, потому что они слышали, как я попросил Гэй прислать их.
— Хорошо, давай, удачи, — кивнул я и поднялся. — Закрою за тобой дверь.
И мы вместе пошли к выходу из квартиры. Я снова держался за стену, но чувствовал себя гораздо лучше. По крайней мере кровь остановилась.
— Попроси Бенни привезти еды, — сказал я. — Тут же ничего нет.
— Да, конечно, — кивнул Мей.
— А еще отправь пару человек проследить за Капуцци. Только аккуратно, чтобы не попались.
— Сделаем.
Он протянул мне руку, и я пожал ее. Ладонь маленькая, сухая, но до чего же крепкая у него хватка. Хотя о его деловой хватке можно сказать то же самое. Мей своего не упустит.
Лански вышел, а я закрыл за ним дверь. Вернулся на диван, где по-прежнему лежал пистолет. Патрон в патроннике, а сам он на предохранителе. Спать не хотелось совершенно. Нервы. Нервы, нервы, нервы.
Так и до панических атак недалеко. Что мне теперь к психологу начать ходить?
Гангстер, который ходит к мозгоправу. Где-то я такое видел уже. И закончилось все для него плохо. Но нет, сейчас не те время, психотерапия сейчас все больше карательная: с лоботомиями, электрошоком, да и вообще она пока что больше напоминает пытки.
Это потом благодаря лобби биг фармы психиатров станет едва ли не больше, чем всех остальных врачей. И они начнут массово выписывать людям антидепрессанты. Здесь это началось еще в девяностые.
У нас гораздо позже, но в двадцатых тоже люди в огромном количестве сидели на таблетках. И это даже перестало считаться зазорным.
Ладно, теперь ждем. Жаль, что часов у меня нет, так что время будем мерить по ощущениям. Дам Бенни поспать часа четыре примерно, а потом лягу сам и, надеюсь, усну.
А к ланчу приедет адвокат и Багси. И меня ждет разговор уже с ними. Но ничего, все будет нормально. Все будет нормально.
Глава 7
— Мистер Лучано, — услышал я уже знакомый голос и открыл глаза.
— Что? — спросил.
— Время одиннадцать утра. Вы сами просили вас разбудить.
Ну да, точно, просил. Чтобы успеть хоть немного привести себя в порядок к приезду Багси и адвоката. Конечно то, что Лански сказал «к ланчу», не значит, что они приедут к двенадцати. Да и я не уверен я, что в нынешние времена ланч — это именно двенадцать часов дня. Думаю старыми категориями, а память Чарли ничего не подсказывает.
— Да, спасибо, парень, — проговорил я.