Ожоги сердца: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Это подранки.

— Неправда, — возразил я.

— Следуйте за мной, — сказала она, не оглядываясь.

Пятому номеру от нее достались казарка и две северных. К моему удивлению, он не отказался, похоже, поверил, что Юля подобрала действительно его подранков.

Когда мы подошли к причалу, она выбросила к ногам егеря еще десяток уток и ушла, пожелав нам приятного завтрака. Мы стояли с открытыми ртами, не зная, как ответить.

…Левым глазом я уже мог разглядеть профиль угрюмого соседа по сиденью. Машина круто повернула вправо, и я толкнул его локтем в бок: дескать, не угрюмься, я тоже не унываю.

— Чему ты улыбаешься? — спросил он, повернувшись лицом ко мне.

— Чему?.. Вспомнил, как на Сладком лимане нас обстреляла одна девушка.

— Нашел время о чем вспоминать, — возмутился он.

— А ты знаешь, ее победу нельзя считать случайной. То была дочь старшего охотоведа округа Юлия Васильевна Сидорова, теперь Клекова, чемпионка мира по стендовой стрельбе среди женщин.

— Ладно, знаю… Хватит чепуху вспоминать. Скажи, как себя чувствуешь? Вижу, бодришься, а свет не видишь.

— Начинаю видеть, поэтому бодрюсь. Должно пройти. Такое уже было со мной.

— Куда сейчас, в какую больницу? Ведь сегодня выходной?

— Да, сегодня суббота, завтра воскресенье. Поэтому везите меня домой, — ответил я. — Только домашним об этом ни слова.

— Все скрываешь от жены и от детей?

— И от четырех внуков, — подсказал я и тем освободил своих спутников от поисков каких-то иных решений.

В понедельник темнота в моих глазах рассеялась, зато тревога усилилась. Стало страшновато. Что делать, если слепота подкатится снова и застрянет уже навсегда?

— Да, так может случиться, — сказал врач, измерив внутриглазное давление. — Сбить одними каплями пилокарпина едва ли возможно.

— Как же быть?

— Даю направление в глазной институт имени Гельмгольца.

— Зачем?

— Там посмотрят. Возможно, направят на операцию.

На операцию?! Но другого пути врач не мог подсказать.

От операции я покамест уклонился. В Кисловодске есть санаторий «Пикет» со специальным отделением для лечения глаукомы. Махнул туда. Но там лечат больных глаукомой в основном после операции. Коварная болезнь. Она и после операции не спешит отступать. Что же делать? Прорвался на прием к профессору Чернявскому, прибывшему из Москвы посмотреть больных, оперированных под его наблюдением.

— Правый глаз скоро потеряет способность ощущать свет. Высокое давление угнетает зрительный нерв. Последует атрофия. Операция неизбежна, и в первую очередь на правом глазу.

— Почему на правом? — спросил я, проверяя себя, не потерял ли дар речи.

— Попытаюсь ответить, — сказал профессор, ощупывая голову. На левой стороне, чуть выше уха его пальцы остановились. — Шрам?

— Шрам, — ответил я.

— Ну вот и все прояснилось, почему в первую очередь правый.

— Не понимаю, ведь шрам на левой стороне?