— Не тебе! — зло перебил Марко и в несколько шагов пересек комнату. Теперь он стоял между Джейлис и напряженным, вытянувшимся в струну Эйлертом. И улыбался, как злобный темный маг из детской сказки.
Страшной.
— Без новой мельницы мы и сами сдохнем, и всех, кто в деревне, обречем, — с каждым словом Марко улыбался все шире и шире. — Так что давай, герой-победитель. Раз уж она тебя выбрала. Навечно вместе останетесь, мечта всех влюбленных, ага?
— Тебе не кажется, что сейчас вообще не время обсуждать наши отношения? — звенящим голосом поинтересовалась Джейлис. Страх уже плескался где-то в самой глубине ее глаз. Не нужно было знать о ритуале во всех подробностях, чтобы понять, что сейчас предлагает Марко.
— Отойди. Найдем другое решение, — очень тихо попросил Эйлерт, и Марко расхохотался.
— Да ты вообще не достоин быть темным магом, мямля!
Стефан облизал пересохшие губы и очень аккуратно сделал шаг назад. И еще. И еще. Нет, убегать он не собирался, снаружи бродили не менее опасные существа. Но на небольшом столике лежал тонкий острый нож. Видимо, для мяса.
Наверное, тетка Джейлис, совсем обезумев, разламывала свой дом не только топором, и вот, забыла.
Не то чтобы нож хоть как-то ему поможет.
Когда Стефан схватил рукоять, нож чуть было не выскользнул, настолько потными стали пальцы. Эйлерт и Марко, к счастью, вообще не обращали на него внимания, просто смотрели друг на друга, будто хотели на месте убить.
— Сделай это, нам нужна проклятая мельница!
— Чего?..
— Нет, — очень тихо ответил Эйлерт.
Комната вдруг дрогнула, и Марко, подхваченный невидимой волной, полетел в стену, и врезался бы в нее со всей силы, если б Стефан, сам не зная зачем, не вскинул руки, не направил бы между Марко и деревом весь свой страх, мягкий, защищающий...
Серый...
Комната расплылась, наполнилась магией с той стороны. Стефан с ужасом смотрел, как пульсирует оставленная его ножом прореха. Но вроде бы начала затягиваться... Пожалуйста, пусть она затянется!
— Тебе не нужно в это вмешиваться, — рассудительно и спокойно проговорил Эйлерт. Как идеальный, чтоб его, старший брат.
Щеки Стефана вспыхнули жаром. Он вдруг вспомнил пьянчугу под мостом, ворующего сапоги своего друга.
Они же были братьями!
Они же...
— Да как ты смеешь?! — Колдовать на злости оказалось куда тяжелее, а еще почему-то очень больно стало глазам. Эйлерт отмахнулся от его заклинания, казалось, играючи, но в следующую же секунду пошатнулся и осел на землю, зажимая лицо обеими ладонями.
— Эйлерт! — Джейлис бросилась к нему, упала рядом на колени. — Да что вы творите?! Нас там и так пол-леса сожрать пытается, зачем вы деретесь?!
— Стефан, — позвал Эйлерт. — Стефан, послушай...
— Прости, — не своим голосом отозвался Стефан, — но я не на твоей стороне.
Марко рядом каркающе засмеялся, хлопнул по спине, но это не принесло ему ни капли радости. Это было противно. Потому что Стефан предавал, предавал, предавал, вот только дело было в том, что не предать он не мог. Если выбирать между Марко, Эйлертом, им самим и Джейлис — выбор очевиден.
— Вообще знаешь... — У Марко в руках тоже блестел нож, короткий, острый, обычно он использовал его во время ритуалов, когда нужно было самому себе пустить кровь. — Если ты действительно не можешь, то и не надо. Правда.
Эйлерт вскинул голову, посмотрел ему в глаза. Джейлис замерла рядом с ним, обнимая, переводя взгляд то на Стефана, то на Марко, а то и вовсе на свою мирно похрапывающую тетку.
— Знаешь, как говорят: любовь не уходит от простого «нет». Я тоже ее люблю. Все еще, — в этот раз Марко даже рукой не взмахнул, просто бровью повел, и магия Эйлерта развеялась серебристым туманом, поднялась под потолок. — Так что не волнуйся. Сам все сделаю, а ты можешь в ученики ко мне пойти. Пока доучишься, она все равно рядом с тобой будет.
— Марко, пожалуйста... — прохрипел Эйлерт, и почему-то у него на губах выступила кровь, и Стефану совершенно не хотелось на это смотреть, но и отвернуться не получалось. — Давай...
— Отойди. Она моя, — Марко сделал шаг вперед, и тут случилось что-то ненормальное. Эйлерт вдруг резко дернул рукой, и мир раскрылся, вывернулся наизнанку.