Ко мне как-то раз нагрянули парочка зазнавшихся аристократов, предложив «крышевание» за скромную мзду. Грубить я не стал — вежливо направил их к Щелкуну. Они всё поняли с полуслова, извинились, отказались даже от чашечки бодрящего отвара и ретировались с видом крайней почтительности. Видимо, были мелкие сошки. Более влиятельные игроки, пожалуй, присмотрятся позже. А может, и нет — императорская протекция весома не только в нашем мире. Здесь, как и там, правит сила. И оспаривать волю Каэла Восходящего отыщется мало желающих. Если вообще отыщется.
Но всё это — суета сует. Дело сделано, ресторан открыт, прибыль пошла — пора двигаться дальше. Теперь всеми оперативными вопросами заправляют мои доверенные лица, я же устранился от прямого управления. Да, легенда о моей непричастности лопнула, словно мыльный пузырь. Теперь каждый знает, кто истинный владелец «Не Лопни, Маг». Досадно, но что поделаешь.
Кстати, я совсем забыл рассказать об испытаниях тех самых ботинок. Столько разбитых носов, вывихнутых запястий и ушибленных коленок я не видел, пожалуй, никогда. Мы собрали мальчишек, накормили досыта, а после выдали им обувь и устроили настоящую школу курьеров — учили молниеносно бегать, огибая воображаемые препятствия на улицах. На первые, более-менее сносные результаты ушло почти три недели. Именно тогда мы и постановили: только те, кто пройдёт полосу препятствий безупречно, будут допущены к работе. А чтобы подстегнуть рвение, объявили, что первые двадцать счастливчиков получат по золотой монете.
В итоге менее чем за месяц практически вся сотня ребят с блеском сдала экзамен. Их упорству и настойчивости можно было позавидовать.
Когда настал день рождения Шаркуса, я, наученный горьким опытом, был готов ко всему. К счастью, обошлось без происшествий. Мы приготовили для ректора поистине королевский подарок — исполинский торт «Панчо», а также устроили для гостей полное погружение в итальянскую кухню: пиццы, пасты, карбонары, минестроне и прочие яства, доселе невиданные в Кероне.
Итог, впрочем, оказался предсказуемым: они вновь напились до беспамятства. А мы заработали почти тридцать тысяч монет. Народу в этот раз гуляло в два раза больше. Я же хвалил себя за предусмотрительность и построил здание в два раза больше от изначально запланированного. Пусть и не так много, как в первые дни безумия, но всё равно сумма внушительная. Вряд ли кто в столице может похвастаться подобными оборотами. Наши официантки, получив щедрые премии, смогли скопить суммы, о которых прежде могли только мечтать.
Естественно, правило оставалось незыблемым: все чаевые скидываются в общую кассу и делятся поровну между всеми сотрудниками. Трое — двое парней и одна девушка — возмутились, заявив, что эти деньги дали лично им. Разговор был коротким. Через пять минут их с вещами выпроводили за дверь, наказав забыть дорогу в ресторан навсегда. Жёстко? Безусловно. Но иначе — нельзя.
Я не боялся, что они начнут болтать. Магическая клятва, оформленная официально через магистрат, а не кустарным способом, не позволит им этого сделать. Даже в случае их гибели при попытке мне навредить, ко мне не будет никаких претензий — всё чисто с юридической точки зрения.
Дальше всё пошло… Не скажу, что идеально, но очень близко к тому. Я же полностью сосредоточился на тренировках, отдавая себя им без остатка. До соревнований оставалось всего две недели. А проигрывать я не намерен.
Глава 8
Руми по прозвищу Кремень.
— Ну что, друг мой, — я ободряюще положил руки на его плечи, ощущая под пальцами напряжённые мышцы. — Готов покорить мир подпольных боёв?
— Нет, — выдохнул он и так энергично замотал головой, что казалось, будто она вот-вот оторвётся.
— Смешно.
— Ничего смешного, господин. Может, вы сами примете участие? Мне до сих пор не удаётся одолеть вас.
— Сколько раз тебе повторять, я маг. Моё тело от природы выносливее и крепче. К тому же искусству рукопашного боя меня обучал сам гном Сигрид. Старший брат твоего мастера. Могучий воин, несмотря на то что по профессии — кузнец.
Бренор, стоявший рядом, с одобрением кивнул, скрестив на груди мощные руки. Именно он взял на себя роль наставника и все эти месяцы безжалостно — то есть я хотел сказать, усердно — тренировал Руми с первых дней как я это задумал.
— И что? Меня тоже учат гномьему кулачному бою, но одолеть вас всё равно не получается.
— И не получится. «Покуда будешь лениться», — властно провозгласил наш горец, считающий пять часов ежедневных тренировок совершенно недостаточными.
Его подопечный в ответ выразительно закатил глаза. Однако нельзя было не заметить, сколь разительно он преобразился за это время. Качественная пища, изнурительные, но регулярные тренировки на свежем воздухе превратили его тело в подобие древнего изваяния — сильное, рельефное, исполненное скрытой мощи. Даже Майя теперь частенько обращала на него внимание, отмечая, как он возмужал и похорошел. От чего наш товарищ краснел как «сеньор помидор».
— Послушай, друг. Первый бои ты проведёшь самостоятельно. Одержишь победу — получишь то, что сделает тебя сильнейшим среди обычных людей. Понимаешь?
— Так точно, господин, — он склонился в почтительном поклоне, и в его глазах вспыхнула решимость.
— Вот и отлично. Докажи, что ты этого достоин. В первую очередь — себе самому, а уж потом всем остальным. Ладно, через три часа выдвигаемся. Отдохни немного. И главное — ничего не ешь.
Когда он удалился, я обратился к Горцу, желая услышать его искреннее мнение.
— Ну, каков он в твоих глазах?
— Парень зря сомневается в себе. Прирождённый боец. Воинская жилка в нём есть. Силы — хоть отбавляй, да и голова на плечах работает. Одним словом, я не сомневаюсь: он справится.
— Даже без горошины силы?
— Эй, не перегибай палку, — рассмеялся гном, и его борода затряслась. — Я сказал — силён, а не всемогущ. Дай ему ещё года три на тренировки — глядишь, и впрямь обошёлся бы без артефактов и прочих "плюшек" как ты любишь говорить. Я тут порасспрашивал, пообщался — никто так не готовит, как мы. Большинство на эликсирах силу накачивают, искусственно мускулы растят.
— Это ясно. Однако на серьёзных ставках перед боем обязательно устроят проверку. Заметят чужеродное вмешательство — всё, пиши пропало. Репутация и все труды насмарку.
— Помню, помню, ты предупреждал. Ладно, чего языком молоть. Пошли подкрепимся и в путь.
Спустя четыре часа мы уже были на месте.