— И нас? — едва сдерживая улыбку, уточнила эльфийка.
— Вас я уже купили, — улыбнулся им своей самой обворожительной улыбкой. — Шучу. Нет, дело не в этом. Мои замыслы простираются далеко за пределы одной империи — на весь мир. То, что вы видите сейчас — новая еда, дартс, бильярд — через пару лет покажется вам обыденной скукой. То, что я задумал, изменит Керон до основания. Сейчас вам кажется, что деньги некуда девать — у вас даже ночных клубов нет. А скоро вы ощутите острую нехватку средств. Я переверну этот мир с ног на голову. Уж поверьте мне. И да, не забываем, что я всё что я вам говорю это тайна.
— Мне становится тревожно, когда ты говоришь так, — Ева прижалась ко мне. — До встречи с тобой мой мир казался мне стремительным. Но рядом с тобой — он подобен миру улитки. Медлительный и неторопливый.
— То ли ещё будет, — лишь подмигнул я ей в ответ.
Доехали мы до замка относительно быстро, вместо двух недель потратили одиннадцать дней. В дороге мы проводили время за нардами. Вул’дану так понравилась игра, что мы часами напролёт в неё играли. Наши девушки также играли с нами, но им больше по душе пришлась игра в крокодила. У нас даже щеки заболели от того, сколько мы смеялись.
Вид за окном, конечно, был потрясающий. Белые просторы, Чёрный бор и дороги по грудь в сугробах. В этом плане здесь, конечно, полегче чем в нашем мире. Взял с собой артефакт что раздувает снег перед каретой и езжай себе спокойно. И вот наконец, когда цель нашего визита почти достигнута, а нам оставалось меньше часа до замка. Моё сердце почуяло неладное. Что-то тут не так. Какая-то тяжесть повисла в груди. Постучав по спинке, я попросил остановиться возничего. Когда мы замерли, я вышел из кареты, попросив друзей остаться внутри. Конечно же, меня никто не послушал.
Три адепта, возомнившие себя супер-пупер магами. Нет, они, вправду молодцы и всё такое, но не стоит забывать, что их источники крохотные, меньше среднего мана-кристалла по объёму. Я же не всесилен и защитить всех не в силах. Насчёт ранга. Это был прям удивление, что Лирель при том, что ей лет ого-го, она до сих пор не мастер. Точнее, ей осталось совсем немного, но всё равно…
Я медленно прошёл по заснеженной дороге, вглядываясь в ослепительную белизну, окружавшую нас. Моё магическое зрение выхватывало то тут, то там крошечные всполохи энергии — словно следы мелкой живности, мелькающей под снегом. Я было отмахнулся от них, решив, что это просто кролики или иная снежная мелочь — и совершил ошибку.
Едва я отошёл на два десятка шагов от кареты, как снег вокруг взорвался клубами ледяной пыли, и из-под него поднялись скелеты в истлевшей броне, с мечами в костяных руках. Они устремились ко мне с такой стремительностью, что любой снегоуборщик позавидовал бы их скорости.
Оглянувшись, я увидел, что окружают не только меня — моих спутников и экипаж тоже взяли в кольцо. Наш возничий, хоть и обученный маг ветра, был всего-навсего адептом — за ним требовался глаз да глаз. Выданный ему защитный артефакт работы Санчеса — щит от стрел и низкоуровневых заклинаний — продержался бы против магистра от силы полминуты. И то только благодаря тем древним костям, что я привёз из ледяной пустоши.
Ждать, пока меня пронзят ржавым железом, я, разумеется, не стал — как и мои друзья. Намерения у этой костяной братвы были более чем прозрачны.
— Не ведаю, кто вас прислал, — крикнул я, — но с собой не возьмём. Мест в карете не хватит. Советую подождать следующий рейс!
Pugnus Petrae — каменный кулак врезал в первого скелета, разнеся его в щепки.
— Вот только, судя по вам, вы и так уже давно ждёте! — Saxum Tormentum — из моих ладоней полетели камни размером с кулак, круша костяные шеренги.
За минуту я уничтожил около семнадцати скелетов, мои спутники — ещё штук тридцать. Но они продолжали лезть из-под снега — и что хуже, те, что были разбиты, начинали медленно собираться вновь. Истинная проблема была не в их числе, а в мане. Я видел, как Ева и Вул’дан уже достали мана-кристаллы — их источники ещё не иссякли, но подпитка уже пошла в ход. Видимо, в этом и заключался план того, кто устроил эту засаду — истощить нас, чтобы добить обессиленных.
Внезапно я ощутил незнакомое до сей поры дыхание магии — холодное, безжизненное прикосновение стихии смерти. Почему незнакомое? Просто у меня не было наставника в этих тёмных искусствах, да и признаваться в подобных изысканиях я пока никому не собирался. Того, что я маг тьмы, и без того хватает, чтобы повергнуть сильных мира сего в состояние, колеблющееся между ужасом и желанием немедленно меня устранить. До сих пор удивляюсь, почему этого не произошло.
Я попытался прислушаться к её зову, не прекращая крушить вздымающиеся костяные фигуры. Каменные сферы, послушные моей воле, вихрем кружили вокруг, не подпуская их ближе. Своих спутников я не защищал — нападавшие были слишком слабы, чтобы представлять для них реальную угрозу. Пусть развлекаются. Орк и вовсе давно врубился в самую гущу, экономя ману и с наслаждением размахивая своей массивной секирой.
Магия смерти отзывалась на моё сознание, я чувствовал её змеиную прохладу, но перехватить управление, как я сделал когда-то в мире лаодитов с магией тьмы, у меня не выходило. Как ни старался. Всё-таки родиться с тьмой внутри — это одно, а подчинить себе иную, чуждую стихию — другое. Земля подчинялась неплохо, но тьма и молния — вот что было моей сутью, моей кровью. Они были… родными.
Мне это наскучило, и я мысленно воззвал к своему крылатому другу, чтобы тот нашёл кукловода. В том, что он есть, я не сомневался ни секунды.
— «Аэридан, отыщи мне этого костяного любителя, что устроил нам этот балаган».
— «Уже нашёл», — немедленно отозвался он, проецируя в моё сознание образ. Женщина, на вид лет сорока пяти, облачённая с головы до ног в белую мантию, расписанную рунами. Вот что забавно: в мире Керона все некроманты, маги смерти, носят белое. А маги теней и тьмы — чёрное. Полная нелогичность. Хотя, если вспомнить Японию из моего прошлого мира, там белый как раз и был цветом траура и смерти.
— Друзья, я ненадолго отлучусь. Повстречал одну знакомую — нужно узнать, как у неё дела и чем она всё это время занималась, — объявил я, продолжая рассеивать скелеты потоком камней.
Орк лишь весело фыркнул, в очередной раз опуская свою секиру на костяные плечи противника. А вот Ева при слове «знакомая» мгновенно насторожилась и бросила на меня взгляд, от которого мог бы застыть лёд в жилах, да ещё и сжала в кулаке мана-кристалл, будто готовясь швырнуть им в кого-то. И как, мне кажется, я знаю в кого.
Иногда я её совершенно не понимаю. С чего такая ревность? Я, кажется, не давал поводов. Видимо, нам нужно серьёзно поговорить, пока это не зашло слишком далеко. Если так продолжится… Ладно, разорвать отношения — дело нехитрое. Гораздо сложнее их строить: находить общий язык, вникать, искать корни проблем… Тем более что для меня это — первый подобный опыт. Ха. Кто бы в моём прошлом мире поверил, что Женя, прожив без малого полвека, впервые по-настоящему встречается с девушкой? Подняли бы на смех.
Следуя за мысленным образом, что передал мне Аэридан, я углубился в лес, на ходу отбиваясь от назойливых скелетов. Далеко идти не пришлось. Некромантка — или, быть может, вернее будет сказать «магесса смерти» — стояла, прислонившись к сосне, её взгляд был отсутствующим и затуманенным. Ага, видимо, всё её внимание было поглощено управлением костяной армией.
Довольно беспечно с её стороны. Казалось бы, любой мог подкрасться и…
Внезапно снег у меня под ногами взорвался, и из-под него выросли переплетающиеся кости, сомкнувшиеся вокруг меня в мгновение ока. Моя временная «клетка» отливала зловещим зелёным свечением — верный признак магии смерти. Что забавно, точно таким же свечением обладает и магия жизни. Как я узнал из фолиантов Великой Библиотеки, источник у них один — он дарует жизнь. Просто одни направляют его на оживление мёртвой плоти, а другие — на исцеление живой. Но не в этом суть. Вернёмся к настоящему.
— Глупый мальчишка, — звонко рассмеялась некромантка. — Так легко попался в мою ловушку. Мне рассказывали, ты невероятно умён и могуществен, а на деле — просто несмышлёный ребёнок. Симпатичный, но все же...
Она продолжала смеяться, но, заметив, что я не выказываю ни капли страха и смотрю на неё с выражением лёгкого недоумения, резко смолкла, её лицо мгновенно стало серьёзным.
Между тем я уже успел изучить ловушку. Обнаружив исходную точку плетения, откуда расходились нити удерживающего заклятья, я ткнул в неё пальцем, выпустив крошечную искру молнии. Костяная клетка мгновенно рассыпалась в прах. В ту же секунду в меня полетело копье, сплетённое из костей и окутанное зелёной акурой. Надо отдать ей должное — реакция у магессы действительно отменная.